Она – моя одержимость

Первое и самое главное – то, что происходит в клубе, остается в клубе, – Константин Олегович произносит это жестко, сцепляя пальцы в замок и опираясь локтями на стол. Выглядит солидно, ничего не скажешь. – За нарушение последует наказание. И лучше не доводить и не пытаться узнать, какое. Второе – никакого криминала. То есть вы не калечите девушек, не нарушаете их границы дозволенного, установленные браслетами. И не наводите таким образом тень на репутацию клуба. Свой браслет вы получите сразу же после оплаты взноса, там же вам объяснят, как им пользоваться.

Вот и все. Все просто. У вас есть ко мне какие-либо вопросы? – мужчина продолжает сверлить меня взглядом, словно испытывает на прочность. Странный и непонятный для меня тип, но анализировать его характер у меня нет ни желания, ни времени.

– Нет, все предельно ясно.

– Тогда добро пожаловать в мир удовольствий.

О, да. Жди меня, моя нимфа! Сегодня ты будешь моей!

Однако, меня ждет жестокое разочарование. Я второй раз по кругу обхожу огромный зал, пытаясь узнать среди большого количества девушек свою нимфу.

Как я сделаю это, если они все в масках, понятия не имею. Но уверен, почувствую сердцем. И узнаю по пронзительно голубым глазам.

Но моей нимфы нигде нет. Я отбиваюсь от желающих провести со мной ночь, и это порядком меня уже утомляет и злит. Направляюсь к бару в намерении выпить стакан виски, чтобы успокоиться и ехать домой. Сегодня признаю, я потерпел неудачу. Или все же…

– Что желает мой господин сегодня? – раздается бархатный и обволакивающий голос над ухом, а на плечо ложится изящная узкая ладошка.

Попалась птичка в клетку! Или это я попался в ее сети?..

Глава 11

Кира

До самого начала вечера я задаюсь одним вопросом, что сверлит мой мозг похуже дрели: где я так провинилась, что все это происходит со мной? Почему столько всего ложится на мои плечи? Болезнь и трагический уход мамы, потом бусинка, история со Стасом, которая приобрела новый виток.

Но…также быстро и закончилась. Наверно, это был такой небольшой подарок небес. Чтобы подсластить мою и без того горькую жизнь.

И вот сейчас я сижу в отдельной гримерной, предоставленной мне Волочаевым. Это было моим главным условием. Конечно, я понимаю, что не в том положении, чтобы что-то диктовать хозяину «Бархата», но…так мне кажется, что я сохраняю остатки гордости. Тот мизер, что мне удалось не растерять за семь с небольшим лет.