Случайная семья для миллионера

Алан не просто целует, он голодно, даже болезненно кусает меня, тут же зализывая языком. Это больше похоже на наказание за мою непокорность. Тело горит, требуя касаний этого мужчины. Наглый язык Алана врывается в мой рот, лишая возможности вдохнуть кислорода, заставляя дышать им.

Я сошла с ума.

Потому что в какой-то момент прижимаюсь к Алимову всем телом и также страстно отвечаю, впиваясь пальцами в волосы на затылке и с силой сжимая их. Меня ведет от будущего мужа.

Но я моментально прихожу в себя, едва Алан опускает ладонь пониже поясницы и сжимает.

Вырываюсь, протискивая ладонь между нами, тяжело дышу.

– Что ты делаешь? – пищу от растерянности глупости, намекая на дубинку Алана, что упирается в низ моего живота.

– Это была репетиция перед свадьбой. Чтобы ты вошла в роль. И чтобы с нетерпением ждала брачной ночи. До встречи, Даниэла, – отодвигается в сторону, но продолжает поедать меня глазами, также глубоко и часто дыша.

Не прощаясь, убегаю за калитку, забегаю в дом и прижимаюсь спиной к двери.

Прижимаю пальцы к губам, вспоминая жесткие, но горячие губы Алана. Господи, он целуется, как Бог! И задрал планку до небес! Как я после него найду кого-то другого, кто сможет дотянуться до этого мерзавца?! Да чтоб тебя в аду черти драли, Алан!

В комнату почему-то вхожу, как воришка, и сразу же несусь к окну. Алимов продолжает стоять у автомобиля, запрокинув голову и выпуская дым в небо. Боже, даже с этого расстояния он выглядит как чистый порок…

Чего он ждет?! Почему не уезжает?!

Несколькими минутами позже до меня доходит, что Алан ждет от меня знака.

Включаю свет и сразу же сползаю по стене, чтобы он меня не заметил за подглядыванием. Широко улыбаюсь, прижимая ладонь к губам, а другой рукой обнимаю колени.

Глупо отрицать – поцелуй с будущим мужем мне даже очень понравился…

Глава 11

Даниэла

Чем ближе день свадьбы, тем больше меня трясет. От нервов на меня напала бессонница, я не сплю вообще вот уже вторые сутки.

Родителям сказала, что больна, и не покидала свою комнату все эти дни. Просто лежала и смотрела в потолок, не обращая внимания на попытки мамы накормить меня, разговорить или примерить платье и показать его ей.

Я запретила матери ехать со мной в магазин. Не смогла принять родительского решения продать меня за долги. И не собираюсь быть куклой в их руках, которую они оденут, причешут и отдадут другому «мальчику» играть в их взрослые жестокие игры.