Случайно папа

Тут же смягчается и поглаживает по спине. – Прости. Не будем. Не сейчас. Ты вся дрожишь. Испугалась?

– Да. Мне наверно приснился кошмар. Я ничего не помню.

– Ложись. Все будет хорошо, Лесена. Я вас в обиду не дам.

Я поворачиваю голову и проверяю мандаринку, поправляю на ней одеяло. Ложусь рядом, но лицом к Дану. Мне страшно засыпать. Страшно, что снова окунусь в кошмар. Я боюсь оставаться одна.

Наверно, рефлексы срабатывают раньше моего мозга, потому что я не знаю, как еще объяснить то, что я вцепляюсь в руку Дана мертвой хваткой и выпаливаю:

– Не уходи.

Дан напрягается, нависает сверху, всматривается внимательно в мое лицо.

А мой мозг (или больное воображение) подкидывает очередную картинку.

Глава 18

Олеся

Он склоняется надо мной. Буравит взглядом. В нем горит огонь. Огонь страсти и желания. Кожаный диван, на котором я лежу, холодит открытый участок спины, и это ощущение немного приводит в чувство.

Но ровно до тех пор, пока мужчина снова меня не касается.

Он отводит волосы в сторону. Нежно, до мурашек по всему телу, касается кожи. Ведет по скуле, спускается на шею. Продолжает дорожку, доходит до груди. Обводит одно полушарие. И даже сквозь ткань прикосновения этого незнакомца обжигают. По венам как будто раскаленная лава бежит. Мое тело выгибается ему навстречу.

– Еще! – сиплю и языком облизываю вмиг пересохшие губы.

– Что «еще», Лисичка? – голос мужчины хрипит, и его реакция заставляет каждую клеточку моего тела вибрировать.

Я. Это я на него так действую. Он меня хочет! Значит, я могу быть желанной для мужчины…

– Поцелуй, – требую, притягивая мужчину за галстук. Выдыхаю ему в губы: – Я хочу, чтобы ты поцеловал меня.

В ожидании мир сужается до нас двоих. Все остальное отходит на второй план. Он где-то там, за пределами этого кабинета…

И он целует. Склоняется, касается языком местечка за ухом, заставляя все внутри трепетать. Откидываю голову назад, выгибаюсь в его руках, которые скользят по моему телу, изучают.

Мужчина губами повторяет дорожку своих пальцев, целует грудь через ткань платья.

– Боже.

– Ты охренеть какая красивая. Яркая. Податливая. Горячая…

Тяну руку, чтобы коснуться его. Внезапно сильной хваткой он вцепляется. Смотрит на пальцы. На мгновение в его глазах мелькнул гнев. Лицо ожесточилось.

Недоумеваю, не понимаю таких резких перемен. Как будто впервые вижу кольцо на безымянном пальце.