И пусть изумруды не померкнут

Грей повёл плечом, намекая, чтобы тот убрал руку, но ледяной маг и не думал этого делать, он задорно продолжил говорить:

– Лучше давайте обсудим кое-что поинтереснее! Видали, как сексуально выглядела сегодня королева?

Грей нахмурился, но сдержался.

– Клянусь, она хочет меня! Всегда так смотрит в мою сторону… – не успокаивался Эйтон.

– Попридержи язык, не забывайся, ты говоришь о своей королеве, имей уважение, – осадил его Вильям.

– А что такого? Все свои. Говорят, что она переспала уже с половиной наших ребят! Кто знает, может, я буду следующим, – хлопнул он по плечу мужчин.

Кулак Грея в мгновение ока с силой врезался в лицо ледяного мага, заставляя того отлететь назад и упасть на каменный пол. Порыв сделать это оказался настолько сильным и неконтролируемым, что тело Грея двинулось само, не желая давать отчёт последствиям.

– Ты совсем охренел, Лендс?! – проговорил ошарашенный маг, дотрагиваясь до своего разбитого носа, из которого хлынула кровь. – Тебе конец! – Опомнившись, он выставил руку вперёд, выпуская в Грея десяток ледяных стрел.

Грей отразил атаку тьмой, но одна стрела всё же добралась до цели, вонзаясь в ямку около плеча, под ключицей. В это время маг льда вскочил на ноги и приготовился к следующей атаке. Грей призвал тьму – чёрно-фиолетовые клубы собрались вокруг него, чтобы через мгновение диким потоком устремиться в сторону противника, готовясь встретиться уже с десятками ледяных стрел. Обе магии, не дойдя немного друг до друга, ударились о красный огонь, стеной вставший между ними.

Три стихии громко столкнулись, создавая яркую вспышку, ударная волна снесла все столы и разбила вдребезги всю посуду, украшавшую коридор.

– Хватит! Успокойтесь и уходите, иначе будете объясняться перед королём! – крикнул Санрайс. – Идите, я придумаю, как объяснить то, что вы тут устроили, – вздохнул он.

Грей презрительно посмотрел на Хорса, но, взяв себя в руки, повернулся и покинул дворец.

Ледяная стрела таяла в его плече, он вынул остатки льда, снял жакет и прижал его к ране, которая сочилась кровью.

Дойдя до своего коня, оседлал животное и направился в сторону замка.

Ужасный день. Единственное, что делало его годным, – так это сладкий вкус королевы, который он познал языком, маг облизнул губы, желая ещё раз ощутить его, но тот уже выветрился.

Недалеко от дороги в замок располагалось кладбище. Грей не мог не свернуть туда, всё ещё был зол; возможно, если бы не потасовка, то он бы сдержался.