И пусть изумруды не померкнут

– Ясно, – ответила Оливия, поняв, что большего из Грея ей не вытянуть.

Маг заметил, что, как только её взгляд опускался к его животу, она начинала закусывать губу и сводить брови, возвращаясь к работе.

– Грей… если бы я когда-нибудь влюбилась в кого-нибудь… ты бы отпустил меня?

– Конечно, ты же не моя собственность… Ауч! – Игла больно кольнула плоть.

– Прости, я нечаянно, – проговорила Оливия, но отчего-то Грею так не показалось. – Как думаешь, в любви есть место ревности?

– Да.

– А я считаю, что нет.

Если я сильно полюблю кого-то, то буду рада, если он будет счастлив, пусть даже не со мной.

– Что за глупости?! – усмехнулся Грей. – Ты ещё ребенок и не понимаешь, что чувства так не работают.

– Нет, я уверена в своих словах!

– Значит, ты просто странная, – откинулся на подушку маг, прикрывая предплечьем глаза. – Долго ещё? Это чертовски больно.

– Я почти закончила.

– А к чему ты вообще завела такой разговор?

– Ни к чему! Просто так! – эмоционально ответила девушка.

Грей взглянул на неё из-под руки и снова заслонил глаза, её поведение показалось ему странным.

– Последний штрих… – Оливия помазала чем-то рану и приложила к ней свёрнутую белую ткань. – Всё, готово.

– Спасибо. Я немного посплю.

– Хорошо.

Оливия оставалась на месте, Грей понял, что уходить она не намерена.

– Давай, иди сюда, поспи тоже, – похлопал он по перине, рядом с собой, не открывая глаз.

Девушка какое-то время не двигалась, а потом маг почувствовал, как она перелазит через него на другую сторону кровати.

Она легла и уткнулась носом в его плечо, обнимая руку. Сознание начало быстро проваливаться в сон.

Мужчине опять снилась Сирена: они лежали на белых простынях и придавались плотским утехам, их ложе было освещено, а вокруг него лишь кромешная тьма. Во сне Грей понимал, что если отстранится от королевы, то тут же провалится в чёрную пропасть, поэтому сильнее прижимался к девушке. Он срывал с неё платье и жадно сжимал груди, её тело казалось таким реальным, будто он физически ощущает его теплоту…

Грей открыл глаза.

Он лежал на боку, обнимая Оливию. Его нога была закинута на её бёдра, запах платья приоткрыт, а рука плотно обхватывала грудь. Мужчина приподнял голову и, обнаружив, что Оливия спит, облегчённо выдохнул, ведь она могла неправильно его понять. Собирался тут же убрать руку, но отчего-то задержался. Женский сосок твёрдо упирался в его ладонь, Грей провёл по нему большим пальцем.