Призванная архидемоном

– Ты же говорил, что не в заключении, – всплеснула рукой Амбер.

– Я говорил, что нельзя назвать заключением, если по собственной воле прибываешь где-либо. Но теперь мне надоело.

Амбер перевела взгляд на Райдена и нашла его совершенно хмурого и озадаченного.

– Как я уже сказал, она пока занята, – повторил Лас Фирис.

– Значит, возьми ответственность на себя и выполни за неё, – чуть строже сказал сумеречный голос.

– Что-нибудь придумаем, но подождать придётся, – кинул архидемон, спешно поворачиваясь, чтобы уйти, прихватив с собой Амбер.

Отойдя от фонтана на приличное расстояние, Райден отпустил предплечье девушки, за которое её вёл, и постарался подавить порыв отругать за безрассудство. Это надо же было умудриться заключать подобие сделки с совершенно незнакомым порождением тьмы! И как додумалась вообще?! Погорячился он, нахваливая её совсем недавно.

– Значит так, – начал демон, направляясь в замок, – не делай поспешный выводов об Эфасе, это древнейшее существо, сменившее множество обличий, и я сейчас не про внешность.

Одно столетие он надевает маску злодея, другое – праведника, третье – мученика. Утрирую, но суть понятна. Также столетие можно заменить на пять минут, настолько он непостоянен и непредсказуем. Когда живёшь так долго, чем только себя не тешишь. А то, что потрогать тебя хотел, не обольщайся, – мрак вытягивает энергию из живых с помощью прикосновений, она не нужна ему для выживания, но полакомиться, как десертом, не прочь. Странно, что он вообще спрашивал твоего разрешения.

– А что насчёт его освобождения? Кто его туда заточил? – поинтересовалась Амбер, стараясь поспевать за быстрой походкой Райдена.

– Когда я родился, он уже был там. Мне рассказывали, что однажды элементалю так надоело вечное существование, что самолично попросил запечатать его заклинанием, а все упоминания, как освободить, уничтожить. Одна из безумных идей искушённого всем, чем можно и чем нельзя.

– То есть, как его освободить, никто не знает?

– Именно.

И мне сейчас не до этого. Пусть посидит ещё.

Их диалог прервали скрипучие выкрики, доносящие от ворот. Выйдя из-за куста, смогли увидеть странную сцену, прям драматическое представление, которое устроил пухлый бес с участием своих прислужников и Бьёра. Архидемон, кажущийся просто огромным по сравнению с ними, навис над главным бесом, собираясь его поджарить, а тот горланил что было мочи, пытаясь его переубедить.