Где пламя драконов правит

Выметенные от пыли каменные полы, закрытые сероватой тканью окна, на подобии штор. Выровненные у, не длинного, стола, стулья. Закрытые, потресканные двери с заплатанными дырами. Только в одной комнате дверь была приоткрыта. Оттуда слышались просьбы «успокоиться» и заглушаемый их, звонкий смех, звенящий эхом в полупустой комнате. Саркаф сидел перед Шейной, задумчиво всматриваясь в ткань, разложенную на деревянной тумбочке. Сверкали стеклышки на ткани, покоились пробковые крышечки от бутылок, железные разноцветные крышечки с изогнутыми краями, да чего только на ткани не было и все было разложено в каком-то определенном порядке, напоминая шахматы.

Шторы распахнуты, а на треснувшем стекле играли лучи солнца, разбрасывая солнечные зайчики по серой комнатке. Шейна хихикала и зная ее, можно было предположить, что поводом для смеха стало серьезное лицо Саркафа, обдумывающего следующий ход.

Но, Карфа и гости прошли мимо, картина скрылась за каменными стенами. Пока, хозяйка не остановилась и не развернулась, взглянув на раздумывающего Саркафа, а потом на трещины стекла чем-то, напоминающее витраж.

Она с укоризной взглянула на хихикающую Шейну.

– Сашторь окно, – Карфа развернулась и собралась уходить, как послышалось возмущенное:

– Ну мам! Комната и так похоша на склеп!

Карфа, возмущенная таким заявлением, снова взглянула на дочь.

– Ни к чему нам это солнце. Пойдут тут какие-нибудь, да увидят, что у вас тут са убранство, так ночью и украдут.

Осмотревшись, Шейна показала на яркий, красный ковер с какими-то непонятными узорами и цветами, совсем не подходящими друг к другу.

Может, по этому его и выбросили люди солнечной стороны? Эрс тоже бы так сделала, если бы ей подарили этот ковер. А сомнений, что его подарили кому-то, просто не осталось, ибо, какое должно быть отсутствие вкуса у человека, купившего его по собственному желанию?

– А что, собственно, красть? Это что ли? – Сертанка показала на ковер. – Так какой вор его саприметит? А даже если так, пусть крадут, мне он никогда не нравился!

Карфа не оторвала от нее взгляда, просверливая им беззаботную Шейну.

Чешуйки на лапе проскрежетали, когти впились в ладонь, сложившись в кулак. Не проронив ни слова, Карфа развернулась и быстрым шагом направилась по коридору. В тишине слышалось шептание, посвистывающее эхом в пустом коридоре.

Скрипнула распахнувшаяся дверь. У стены стояла люлька с деревянными, подвесными фигурками. В кроватке спал маленький Сертан.