Остров Дьявола

– Послушай… То, что ты мне сказала в комнате для свиданий год назад, когда прогнала меня под предлогом, что не хочешь, чтобы я портил себе жизнь, дожидаясь тебя… так вот, знай, что в стратегическом плане это был твой полный провал.

Как ей не хватало Кристофера! У него была совершено особенная манера таким образом представлять неприятные, даже болезненные, вещи, что они становились источником успокоения.

– Я не принес тебе фотографий нашего иллюминированного дома, свечей, которые мы с Симоном зажгли к твоему возвращению.

Но знай, что мы тебя ждем…

Кристофер посмотрел Саре в глаза и положил свою руку поверх ее руки. «Не сдаваться!» – вздрогнув, мысленно кричала она себе. И сделала глубокий вдох.

– То, что я сказала тебе при нашей последней встрече, правда, – произнесла Сара, осторожно высвобождая руку.

– Ты говоришь о мальчике, которого нашли утонувшим?

Она подтвердила, опустив веки.

– Напоминаю тебе, что я журналист и за последние месяцы у меня было достаточно времени, чтобы изучить это дело.

И пусть я пока еще не собрал всех доказательств, имею веские основания полагать, что ты не убивала этого мальчика, как бы ни старалась уверить меня в обратном. Так что для меня вопрос не узнать, говоришь ли ты правду или нет, а почему ты продолжаешь мне врать. Если не хочешь продолжать со мной отношения, так прямо и скажи. Но, выдавая себя за монстра, ты не заставишь меня убежать от тебя.

Кристофер выдержал ледяной взгляд ее голубых глаз. Возможно, он был единственным мужчиной, способным на это.

– Скажи мне, что между нами все кончено, и я исчезну из твоей жизни.

Сара дрожала. Борьба, происходившая в ней, была невыносимой. Как легко было бы предаться счастью. Но нечестно заставлять Кристофера верить, что все наладится.

– Я не могу вернуться, – пробормотала она.

– Но почему?

– Из-за этого проклятого чувства вины, которое продолжает меня грызть!

– Какой вины, Сара? – возмутился Кристофер.

 – Ты отлично знаешь, что не убивала папессу в Ватикане. Правосудие это доказало. И этого ребенка, его тоже не ты! Тогда о чем ты говоришь?

– О той вине, которая преследует меня с раннего детства! О той уверенности, что я совершила что-то плохое и должна искупить страдания, которые причинила.

– Да кому?!

– Я не знаю! Не знаю.