Кафе маленьких чудес

 – После того как умер дедушка, бабушка перешла на машину с «автоматом», что было, наверно, лучше и для нее, и для бедного автомобиля.

– Значит, твой дедушка был только зятем Большого Джорджа, – заключил Шон.

– Правильно угадал. Хочешь еще чашечку кофе? – Нелли подняла вверх два пальца и знаком показала Селине, что нужно принести еще два «маленьких черных». Затем пояснила, как бабушка ей однажды рассказывала, что знаменитый Жорж Бофор никогда бы не согласился отдать младшую дочь за того, кто не мог предъявить хотя бы диплом инженера.

– Так оно и вышло, – сказала она. – Если ты кораблестроитель, то можешь рассчитывать, что тебя примут в нашу семью, – поддразнила Нелли собеседника, сама удивляясь своему непривычно легкомысленному тону, и тут же сказала себе, что вот так нужно впредь разговаривать и с Бошаном.

– Итак, положа руку на сердце, какие у тебя планы?

– Ну… Боюсь, мадемуазель, что дипломом кораблестроителя не смогу вас порадовать.

– Ну а вообще какие-нибудь планы есть?

– Oh… yes… yes… sure…[35 - Да-да, конечно… (англ.

)] – как-то неопределенно промямлил Шон.

– Ну так скажи, не темни! – не отставала от него Нелли.

– Боюсь, тебе это не очень понравится.

Нелли стрельнула в него любопытный взгляд:

– Ну, так что же это? Признавайся, уж не собираешься ли ты работать в разведке?

– Хуже! – Шон вздохнул и с выражением комического отчаяния приложил руку к груди. – Положа руку на сердце? – Он посмотрел ей прямо в глаза и расплылся в улыбке.

 – Я буду работать пилотом.

Домой Нелли отправилась уже далеко за полночь. Она хотела сесть на метро на станции «Мабильон», но потом передумала и решила идти пешком. Стало прохладнее, вокруг месяца образовалось зеленоватое туманное кольцо, в воздухе уже чувствовалось близкое дыхание дождливой осени. Выйдя на улицу Фур, Нелли ускорила шаг. Постукивание каблучков сопровождало ее мысли, как веселая мелодия. «Come fly with me…» Тихонько посмеиваясь про себя, Нелли на минутку задержалась перед витриной маленького магазинчика, где была выставлена дорогущая сумочка, на которую она уже давно заглядывалась, но так и не поддалась искушению, чтобы ее купить.

Заставив себя оторваться от витрины, она пошла дальше. За исключением предательского удара, который нанес ей Шон, когда, не дрогнув даже перед катастрофическим сценарием, описанным Вирильо, объявил свою будущую профессию, вечер прошел прекрасно.