Последнее послание

– Вы можете мне послать по электронке названия каждой пещеры?

– Я это уже делаю, разговаривая с вами… Скопировать, прикрепить – и вуаля! Письмо должно прийти к вам с секунды на секунду.

– Большое спасибо.

– Но повторяю, будьте осторожны, эти места могут быть очень опасны. К сожалению, у нас каждый год происходят несчастные случаи.

– Спасибо за совет. Хорошего дня.

Грейс положила телефон на столик, и тут ее вновь сотрясла дрожь от поясницы до шеи. На этот раз она сняла ботинки и даже носки, чтобы приблизить мокрые ноги к жару пламени.

Она пошевелила пальцами и ступнями.

Кот, по-прежнему возлежавший на соседнем кресле, открыл один глаз, словно прикидывая, не угрожают ли ему ее движения, после чего снова задремал.

Грейс радовалась огню, позволившему ей немного расслабиться, но недостаточно для того, чтобы прошло напряжение в плечах. Как бы она ни пыталась успокоиться, глядя на колебание языков пламени, копившаяся с самого утра нервозность не проходила.

Какое странное нагромождение разнородных элементов в этом деле, думала она.

Сочетание загадочных научных вычислений и доисторических пещер казалось несовместимым. Какую связь Антон Сьюйак установил или пытался установить между ними?

Возможно, Эллиот Бакстер был прав: все это ненужные детали, не имеющие прямого отношения к расследованию.

Грейс, сама того не замечая, снова прикусила ноготь. Она все явственнее чувствовала себя не на высоте. Все дела, что она вела за десять лет работы детективом, прежде чем ее отправили «на чердак», имели вполне классическую форму.

Часто это были семейные драмы, в худшем случае – криминальные разборки. Дела могли быть запутанными, мрачными, жестокими, но никогда не заводили в такие странные дебри.

Она хотела открыть электронную почту, чтобы продолжить работу и узнать названия доисторических мест, но заметила, что ее рука дрожит.

Незаметно внутри ее образовалась и увеличивалась жуткая пропасть. Не в силах сконцентрироваться, она неловко сунула телефон в карман и стала искать отвлечение, все равно какое.

Она хотела погладить кота, но тот лениво слез с кресла и направился к выходу из салона. Позвонить кому-нибудь? В ее жизни не было ни родных, ни друзей, ни приятелей по работе. Таков был ее выбор, клятва, данная ею себе самой в пятнадцать лет. Однако ей было нужно, чтобы кто-нибудь вернул ей веру в себя саму. Сказал, что ни на секунду не усомнился в ней.

По давней привычке она покрутила на пальце кольцо, которое затем с отвращением сняла.