Вернуть посох

Однако здесь же кроется и опасность – они, камни, стали уж слишком самоуверенны.

Охая, старик поднимался с колен. Внизу, в пропасти, шумело море, вдалеке от берега брал разбег очередной вал; на какой-то миг у старика закружилась голова и показалось – все, ему не подняться, море уже протянуло к нему из пропасти незримые, но цепкие пальцы, и сейчас потащит его вниз, вниз, вниз, на острые зубы торчащих сквозь пену прибоя валунов.

Кто знает, может, так вышло б даже и легче?.

. И посох мага не достался бы уже никому…

Но старая плоть упрямо цеплялась за жизнь, скрюченные пальцы впились в отполированное дерево посоха, теперь служившего, увы, не для сотворения заклинаний, а лишь банальной подпоркой при ходьбе.

– Что, не помогло? – насмешливо спросил охавшего старика второй, совсем еще юный голос. – Говорил же я тебе, упрямец. И не могло помочь, никому еще никогда не помогало – с чего это ради вдруг тебе поможет? Так что посох ты мог бы отдать мне еще на границе Зачарованного Леса.

Все проще б получилось. А тащились сюда невесть зачем, как говорится, за семь верст киселя хлебать.

– Мальчишка! – сипло прокаркал старик. – Да что ты в этом понимаешь! Моя сила еще вернется ко мне, и тогда я…

– Ты так в этом уверен? – с издевкой осведомился спутник старого чародея.

Юноша лет пятнадцати, с чистеньким, бледным лицом, выдававшим долгое сидение взаперти, скорее всего – над книгами, одетый щегольски, словно находясь в пяти шагах от какого-нибудь владетельного замка, где на сегодня назначены пир и бал, а не в дикой глуши за десятки лиг до ближайшего жилья, да и то принадлежавшего отнюдь не людям.

Белая курточка из мягкой кожи с расшитым самоцветами воротником, сафьяновые сапожки, вычурные отвороты, тонкие золотые цепочки, спускавшиеся с правого плеча на манер аксельбантов…

Старик с ненавистью посмотрел на юного модника.

Кустистые выцветши брови сдвинулись, но, увы, бессильно. Мощь мага ушла, как вода в горячий песок, и сосущую пустоту в душе теперь уже ничем не заполнишь. Лишившийся своих способностей волшебник должен отдать свой посох преемнику и как можно скорее умереть. Земля отказывается носить тех, что некогда одним только взглядом мог передвигать горы.

Пальцы старика по-прежнему цеплялись за посох – никчемная, пустая попытка.