Вырваться с войны. Сломанные судьбы

Внутри всё было в чёрной копоти, пластиковые ограждения были наполовину расплавлены, а киоск около входа был полностью выжжен пожаром вместе с содержимым. Катя быстро заняла позицию за ларьком и Влад сёл рядом, целясь в сторону площади.

– Ты готов? Назад дороги не будет, – Спокойно сказал Катя, глядя на турникеты впереди.

– Мы же согласились, – ответил наёмник, проверяя гранаты на жилете, – остаётся, только надеется, что выживем.

– Тогда за мной, – Катя быстро встала и ловко перескочила через преграду.

Влад устремился следом, держа дистанцию в несколько метров. Проводница зашла на эскалатор вместе с наёмником, и уже через пару мгновений оба спускались в кромешную темноту.

Перед входом в метро стоял жилой пятиэтажный дом. Он ничем не выделялся из ряда точно таких же зданий, за исключением одной детали: на чердаке между плитками черепицы, было отверстие диаметром не меньше полуметра, а рядом с ним было небольшое окошко, из которого раньше жильцы наблюдали за суетой снаружи.

В отверстии незаметно для «гостей» с улицы лежал марксман. Положив снайперскую винтовку СВД-С на рюкзак, чтобы оружие не дёргалось и, накрыв себя специальной маскировочной накидкой, – Вайперхудом серого цвета – глаз стрелка сквозь прозрачные защитные очки выискивал любое движение, что промелькнёт на улице. У маленького окошка чуть левее с М249 на стуле сидел другой боец. Он также смотрел на вход, но в более расслабленной позе.

ОНТ`шник то глядел в окно, то проверял свой пулемёт, то нащупывал небольшую торчащую из боковой части рюкзака ленту с патронами, которую в случае чего можно было подсоединить к оружию и начать безостановочную стрельбу.

– Видишь кого-нибудь? – Спросил молодой голос с нотками жёсткости и учтивости одновременно.

– Неа, – Холодно с долей язвительности ответил женский. Снайперша всё также продолжала смотреть в прицел.

Пулемётчик встал со стула, положил М249 на сошки и начал поправлять экипировку.

Сначала он снял шлем c небольшими «ушками» по бокам, потом убрал наушники и положил их в каску. Балаклава с отверстием для рта и глаз осталась на месте. Боец тяжело выдохнул с долей облегчения.

– Как же хорошо… – Сказал он негромко вслух.

– Только не снимай броник, хорошо? – Произнесла снайперша, продолжая наблюдение.

– Это ты меня об этом просишь? – Ответил усмехнувишсь пулемётчик.