Первый удар (сборник)

Имперцы обманулись во внезапности своего удара потому, что установление факта нападения и передачу тревоги к аэродромам наши погранчасти и радиослужба выполнили очень быстро. Таким образом, лишь благодаря высокой технике охранения и бдительности использовавших ее людей намерения врага были предупреждены.].

На этот раз мы не послали разведку, чтобы не обнаружить себя, и это погубило весь замысел. Ни одно крупное соединение бомбардировщиков, посланных для закупорки большевистских аэродромов, не достигло цели.

Из восьмисот тысяч килограммов бомб половина была сброшена на пограничные колхозы; вторую половину, преследуемые большевиками, бомбардировщики сбрасывали, для облегчения себя, куда попало. С удивительной последовательностью эта картина повторилась на всех трех направлениях – северо-восточном, восточном и юго-восточном. Ни одной бреши. Так тщательно разработанный план был сломан в самом начале.

Я привык видеть Бурхарда[5 - Командующий германским воздушным флотом генерал-от-авиации Герман Бурхард.

] во всяких состояниях, но даже не подозревал, что он может так быстро менять окраску лица. Лоб его покрылся испариной. Я сунулся было со стаканом воды, но Бурхард отшвырнул его.

По окончании доклада Рорбаха Бурхард, не оборачиваясь, крикнул:

– Приказ!

Я едва успевал стенографировать:

«Всем соединениям, входящим в первый эшелон второй волны, быть готовыми к вылету в 21 час сегодня, 18 августа. В воздух вывести девятьсот бомбардировочных машин со всеми сопровождающими частями…»

Бурхард на минуту задумался и решительно продолжал:

– Третьей сводной эскадре быть готовой к вылету в двадцать два часа…

Здесь его перебил Рорбах:

– Сроки готовности должны быть пересмотрены, противник может нас опередить.

Мы уже убедились, что стахановские…

Но Бурхард не стал слушать. Он бросил взгляд на часы:

– Я даю вам меньше трех часов, чтобы подготовить к вылету тысячу пятьсот тяжелых машин. Обогнать нас не могут. Это выше человеческих сил.

Рорбах заметил:

– Мы имеем дело с большевиками.

Бурхард сказал уже совсем неприязненно:

– У вас есть основания думать, что я ошибаюсь?

– Здравый рассудок, ваше превосходительство…

– Генерал, я прошу оснований. Понимаете, – оснований! Разведка дала что-нибудь новое?

– Воздушная разведка прилагает все усилия к выяснению обстановки, но несет напрасные жертвы. Проникнуть в расположение противника не удается. Агентурная разведка работу почти прекратила.