Ученик чародея

Он желчно спросил:

– Неужели вы никогда не кончите отравлять воздух папиросами?

Шилде усмехнулся, придавил сигарету в пепельнице и, сдерживая усмешку на губах, сказал:

– Молитва вас просветлила, и вам легче понять истинную цену этому, с позволения сказать, липовому «подполью», на которое вы предлагаете мне опираться, черт бы его драл!

– Шилде?! – с испугом, на этот раз искренним, воскликнул Ланцанс.

– Помощь в «операции Круминьша», так удачно начатой моими людьми, должна прийти со стороны церкви! – настойчиво повторил Шилде.

 – Иначе… – Он сделал паузу и с особенным удовольствием договорил: – Иначе грош ей цена.

– Замолчите, Шилде! – воскликнул Ланцанс и поднялся с кресла с рукою, гневно протянутой к собеседнику.

– Мы тут одни.

– Но я не хочу вас слушать!

– А я все-таки скажу: прошу не тянуть с решением вопроса: кто может оказать реальную помощь нашему эмиссару за кордоном? – Каждое из этих слов Шилде сопровождал ударом руки по столу.

– Вы не считаете операцию законченной?

– Когда требуется помощь от вас, то вы готовы ограничиться убийством одного труса?.

.

Епископ укоризненно покачал головой:

– Господь жестоко покарает вас за ваш грешный и грубый язык.

– Приходится называть вещи своими именами. Вам хотелось бы уйти теперь от необходимости действовать? Но мы вас заставим довести дело до конца: мой человек должен быть спасен для дальнейшей работы в советском тылу!

– От чьего имени вы так говорите?

В злом шепоте епископа было не только негодование, но и нескрываемая угроза: вот-вот последует буря обличения или прямое проклятие и плохо придется тогда Шилде! Но на того это, по-видимому, мало действовало.

Шилде знал, что на этот раз сила на его стороне. Он, если захочет, может взять угрожающий тон даже по отношению к самому Ланцансу! Поэтому он уверенно ответил:

– Я говорю от имени «Перконкруста», от имени руководства Совета. То есть от вашего собственного, господин Язеп Ланцанс. Делить выгоды умеете, так извольте и похлопотать.

– Какой грубиян!.. Ах, какой грубиян!.. – бормотал Ланцанс.

– Ежели вам нечего вложить в дело, какого же черта вы лезли в компанию! Мы дали своих людей. Двое из них нуждаются в панихидах, третий шныряет там, как затравленный волк. Ему уже наступают на хвост. Не сегодня – завтра он – в западне. От этого никто из нас не выиграет – ни мы, ни вы…

– Грубиян, грубиян… – повторил епископ, покачивая головой.