Заговорщики. Перед расплатой

От вашего имени я уже поручил генерал-фельдмаршалу Грейму командовать воздушными силами.

– Он не генерал-фельдмаршал! – сварливо заметил Гитлер.

Это было единственное, что он нашелся возразить.

– Ваш приказ об его производстве в генерал-фельдмаршалы уже передан по телеграфу, – ответил Борман. И так, поспешно, чтобы не дать Гитлеру перебить себя, продолжал: – Через офицера связи вице-адмирала Фосса Деницу уже приказано принять меры к тому, чтобы ни один самолет на севере не мог подняться без его личного разрешения.

– Расстреливать в воздухе… – прохрипел Гитлер. – Сейчас же, немедленно отдайте приказ: «В случае моей смерти все лица, совершившие предательство 23 апреля, должны быть расстреляны без суда и следствия там, где будут застигнуты». – И после минутного молчания продолжал: – Борман, составьте документ, о котором должны знать мы двое: если я умру, Геринг должен быть уничтожен, где бы его ни нашли. Слышите, Борман: уничтожен во что бы то ни стало! Власть не достанется ему, даже в случае моей смерти, не достанется!

– Будет сделано, – с готовностью согласился Борман.

Можно было подумать, будто ни Гитлер, ни Борман, ни остальные не имеют представления о творящемся на фронте. Но даже если бы им не говорили правды их генералы, то перед всеми главарями нацистской шайки лежали немецкие переводы сводок советского командования за то же самое 23 апреля:

«Войска 1-го Белорусского фронта, развивая успешное наступление, ворвались в столицу Германии Берлин.

Противник яростно сопротивляется, но под ударами советских войск оставляет одну позицию за другой. Ожесточенные бои происходили в северо-восточной части Берлина. Немцы ввели в бой несколько пехотных полков и до 40 отдельных батальонов. Опираясь на укрепления, построенные у линии окружной железной дороги, противник неоднократно переходил в контратаки. После сильного артиллерийского обстрела вражеских позиций наши войска прорвали вражескую оборону. Занят газовый завод и ряд городских кварталов. Занят аэродром. Места боев завалены трупами немецких солдат и офицеров.

Немецкое командование принимает самые крутые меры к усилению сопротивления своих войск. Вчера немецким артиллерийским частям был передан по радио приказ – стрелять по своей отступающей пехоте осколочными снарядами. На все просьбы командиров частей разрешить отход немецкое командование неизменно отвечает: “Держитесь при любых обстоятельствах. Кто отойдет – будет расстрелян”».