Заговорщики. Перед расплатой

Он переходил от самолета к самолету. Летчики встречали его приветливо. Они здоровались так, словно были с ним уже давным-давно знакомы. Разговор вращался вокруг профессионально-злободневных дел либо около быта, сурового, строгого, требовавшего отказа от многих привычек, от самых элементарных удобств.

Чем ближе время подвигалось к полудню, тем тяжелее становилось северянину Чэну. Солнце жгло невыносимо. Горизонт делался все более неверным, трепещущим от потоков поднимающегося с земли раскаленного воздуха. В мутной дали земля сливалась с побелевшим небом.

Преодолевая желание растянуться в траве, Чэн пришел на свою площадку. Тени от крыльев истребителей, под которыми лежали экипажи, становились все короче. Истомленные зноем оружейники и техники безмолвно подвигались вместе с тенью, заботливо уступая самое прохладное место летчику.

Подойдя к одной из машин, Чэн узнал летчика Вэнь И. Тот лежал в куртке, распахнутой на широкой груди, тяжелая голова его опиралась на закинутые под затылок огромные кулаки.

От широких штанов раскинутые ноги выглядели необыкновенно массивными.

– Плохая жизнь! – с сокрушением сказал Вэнь И.

– Вам не нравится? – спросил Чэн.

– Худо… – Вэнь И сел и почти уперся головою в крыло своего истребителя. – Разве это жизнь для истребителя?! Пятый день без вылета. Сгнил, честное слово, заживо сгнил. Пятый день никого не сбиваю. Народ вокруг летает, а я…

– Я понимаю.

– В воздух нужно, а мы лежим. – Подумав, повторил сокрушенно: – Лежим!

– Значит, так надо, – сказал Чэн.

– Разве я не понимаю… – Не договорив, Вэнь И опять растянулся в траве и широко раскинул руки.

Но вдруг он выполз из-под крыла и уставился в сторону командного пункта. Чэн глянул туда же и увидел свисающую с неба кудреватую черту ракетного следа. След медленно расплывался прозрачным дымком. Приглядевшись, Вэнь И полез в самолет. Чэн побежал к своей машине.

Через минуту, сидя в кабине истребителя, Чэн застегивал под подбородком шлем. А еще через минуту из-под его винта вырвалась упругая и твердая, как бич, струя воздуха.

Она стегнула по траве, и стебли пригнулись к самой земле, затрепетали и скрылись под густою пеленой взлетевшей высокими клубами сухой земли. Чэн двинул сектор и с наслаждением всем существом ощутил, как напрягается машина, как дрожат в жадном нетерпении все ее части. Он поднял руку. Техник скрылся под крылом. Освобожденный от подкладок самолет побежал по аэродрому. Пальцы Чэна ласково обнимали штурвал.