Заговорщики. Перед расплатой

А ведь Фу утром несколько раз настойчиво повторил ему: «Коллектив, организованность, слетанность, удар массой!» По-видимому, истину следовало искать где-то посредине между привычным одиночным боем и местной теорией, как ее понял Чэн.

Его размышления были прерваны приходом начальника штаба. Прямой и строгий, Ли Юн расхаживал между лежавшими на земле летчиками и собирал сведения о сегодняшнем вылете для составления боевого донесения.

– Кажется, вас можно поздравить с первым трофеем, – приветливо сказал он Чэну.

Чэн уже готов был поверить тому, что начальник штаба вовсе не такой сухарь, каким показался сначала, но тут Ли Юн как бы невзначай добавил: – Но судя по тому, что докладывали очевидцы, этот трофей сам полез к вам в мешок.

Чэну показалось, что Ли Юн намерен снизить значение его первой победы: «Не зазнавайся, мы знаем цену всему». И если за несколько минут до того Чэну хотелось поделиться с кем-нибудь переживаниями своего первого боевого дня, рассказать самому и услышать от других, как он сбил свой первый приз, то теперь у него пропало желание даже делать начальнику штаба официальный доклад.

«Раз ты уже знаешь все со слов других, так что же нужно от меня?» – подумал Чэн и почти то же самое сказал вслух, разумеется, в более вежливой форме.

Однако Ли Юн стал подробно расспрашивать его обо всем виденном: о действиях других летчиков звена, эскадрильи и даже всего полка. Он особенно интересовался тем, кто, сколько и при каких обстоятельствах сбил самолетов противника.

– Такой странный народ, – как бы в оправдание своей настойчивости заметил Ли Юн, – от самих никогда не узнаешь ничего ясного: «Товарищи видели, они скажут»… Я бы не решился назвать наш народ чересчур стеснительным, а тут вдруг превращаются в девиц.

– Позволяю себе думать, что у вас-то ошибок, наверно, не бывает, – не без язвительности ответил Чэн.

Ли Юн не заметил иронии или, хорошо владея собою, не подал виду, что заметил ее.

– О да, я люблю порядок, – просто ответил он.

И, словно взвесив еще раз сказанное, повторил: – У меня порядок!

– А я, извините меня, наоборот, – сам не зная зачем, сказал Чэн, – не люблю слишком большого порядка.

– Это очень печально. – Ли Юн поднял брови. – Я думал, что вы, как инструктор, выработали в себе большую любовь к порядку. И, кроме того, считаю необходимым заметить: порядок никогда не бывает слишком большим. Наоборот: в любом, даже самом большом, порядке всегда немного не хватает до полного.