Заговорщики. Преступление

Джон полагал, что не может быть такого положения, чтобы самые архисекретные сделки капиталистов оставались тайной для Белого дома. Его обитатели сами являются ведь не последними участниками предприятий, заинтересованных в этих сделках.

– Гораздо больше Германии меня беспокоит Россия, – сказал Джон. – Да, да, я говорю именно то, что хочу сказать: Россия!

– Надеюсь, там-то у вас нет вложений? – спросил Гопкинс.

– Если бы вы были дельцом, то не стали бы спрашивать, – сердито проговорил Ванденгейм. – Я сказал бы: есть, и дьявольски большие.

– Вкладывать деньги в Россию! – Гопкинс всплеснул руками.

Ванденгейм с досадою отмахнулся:

– Дела давно минувших дней… Тогда все были уверены, что большевики не продержатся и пяти лет… Бакинская нефть, разведки на Алтае…

Гопкинс рассмеялся:

– Значит, одна бумага! А я думал, серьезно.

– Что может быть серьезней такой бумаги, Гарри?

– Скупили-то всё наверняка по центу за доллар.

– Иногда и дешевле, – не без хвастовства заявил Ванденгейм.

– Тогда беда еще не так велика…

– А вы представляете себе, какие возможности мы теряем в России? Об этом стоит подумать, Гарри. Очень стоит…

Джон долго еще говорил о выгодах, которые американский капитал мог бы извлечь из России, но нельзя было понять, слушает ли его Гопкинс. Держа недопитый бокал против лица, тот клевал носом. Он оживился только тогда, когда Ванденгейм заговорил о Китае, и окончательно пришел в себя, когда дело дошло до Японии.

– Неужели вы не считаете сколько-нибудь целесообразным поощрить Японию к движению на северо-запад? – говорил Ванденгейм.

Гопкинс ответил неопределенно:

– Это дело Грю.

– Чем ближе джапы подберутся к границам Советов…

– Вы, видно, забыли о договоре взаимной помощи, фактически о союзном договоре между Советами и Монголией.

– Те же Советы…

– Тем хуже… Попытки Японии проникнуть в СССР этим путем, а заметим в скобках: это самая прямая дорога к Транссибирской магистрали, – подобная попытка вызвала бы яростную реакцию Москвы.

– Значит, драка? – восторженно крикнул Ванденгейм. – Разве это не то самое, к чему мы стремимся?

Гопкинс перебил:

– Вы говорите так, словно упрочение Японии вам чертовски на руку.

– Что угодно, только не упрочение Советов.

– А кто вам сказал, что из такого поединка победителями непременно вышли бы джапы?

– При нашей-то поддержке?!

На столе загудел сигнал телефона. Гопкинс потянулся за трубкой.