Математика вероятностей

Даже когда мы в молодости посещали крайне сомнительные заведения, и никто не знал, кто мы. Хотя и мне жаловаться было не на что.

Обратил внимание на его резкие движения. Самый большой порок Нильсона – излишняя импульсивность, но в последнее время и её он постепенно брал под контроль. Вместо приветствия он плеснул себе полный стакан коньяка и подлил мне.

– Узкоглазый, ты опоздал. Я ждал тебя вчера. Эта ударенная уже у тебя?

Я хмыкнул на этот поток плохо связанных предложений. Сейчас он успокоится и сам расскажет, кто его настолько вывел из себя.

Я же спокойно ответил:

– И тебе привет, командующий восьмой базой. Если бы она была у меня, то я был бы тут не один. Искали слуги народа и все, кого можно было подключить. Искали татуированные, искали роботы, шерстили программы все камеры, но всё без результата.

Он кинул мне книгу с закладкой на последней странице. Не редкое издание и даже рекомендованное для изучения на некоторых факультетах в высших учебных заведениях.

Недавно держал в руках копию и понял, что он хочет сказать. Но перебивать не стал. Решил, что он догадался, почему я не рассказал раньше.

Наконец Нильсон заговорил:

– Последняя страница. Алиса Александровна Чернышевская собственной персоной, вытащенная нашей сердобольной мелкой из пространства времени. Видимо, она ожидала иного приёма, а не накачкой наркотой, раз так спряталась. Вижу, это тебе известно. А вот это точно нет: белобрысые вляпались по самую макушку! Майкл теперь в бегах, младшая… Младшая, я думаю, мертва.

По моим данным, очередную дозу она так и не получила. А это было два месяца назад. Приходила ко мне, просила выкупить одну девушку… Догадываешься кого?

Я сел ровно. Мияна росла на наших глазах, мы даже пытались её спрятать, когда узнали о её способностях, но всё оказалось тщетно. В этом вопросе наше влияние было пустым звуком.

Выпил всё содержимое стакана и не почувствовал этого.

Наплевав на то, что завтра будет раскалываться голова, налил снова. Думал уже не столько о младшей, хотя было искренне её жаль, сколько о своей дочери. Она была слишком проницательной для своего возраста, настолько, что это больше нельзя было списывать ни на ум, ни на обычные способности.

– О младшей думаешь? У тебя на лице всё написано, Тайгар. Я тоже заметил. Значит, и Ему это известно. И у меня такие же подозрения насчёт моей.