Одичалый мир

– Ты пока верёвку распусти, – требует мужчина и погружается в непростой процесс изготовления крючка без соответствующих инструментов.

Изогнуть шпенёк он смог. Наточить – тоже, но с зазубриной, как он не старался, результат нулевой.

– Крючок готов, но рыба, если она есть в море, часто срываться будет, – предупредил он её.

– Нам бы хоть одну поймать. Они такие сочные, – с навязчивостью повторила Нина.

Виктор привязал найденную на дне лодки гайку, прицепил крючок, придирчиво осмотрел своё творение, но Нина лихорадочно суёт ему дохлого кузнечика.

– Что ж, с богом, – мужчина наживил кузнечика и сделал заброс.

Томительно тянется время. Рябь от солнца слепит глаза, ветра нет и очень жарко. Нина долго сидит рядом, затем в глазах появилось разочарование, она отползла в густые заросли, некоторое время наблюдала за замершим в ожидании мужчиной, затем глаза закрылись и она заснула.

Первая поклёвка была неожиданной и Виктор не успел подсечь рыбу, и она сорвалась.

Мужчина страшно огорчился, но кузнечики ещё есть. Быстро прицепил новую наживку. Заброс – вновь рывок и достаточно сильный. На этот раз он умело подсекает и стремительно потянул рыбу к берегу, чтобы она не опомнилась и не сорвалась с крючка.

На миг показалось светлое брюхо. Вздыбив хвостом небольшой бурун, рыба попыталась уйти в сторону, но мужчина рывком выбрасывает её на берег и в великой радости посмотрел на Нину. Женщина сладко спит, морщась во сне, трогательно шевеля губами, словно пьёт воду.

Виктор быстро схватил лобастую рыбу, краем сознания определяя, что она явно не черноморская. С силой ударил её об камень, вновь поднял, пытаясь определить её вес. Больше килограмма. Мужчина с удовлетворением поджал губы.

– Удачно… весьма удачно… пожалуй это молодой тунец.

Посмеиваясь, Виктор поковылял к сладко спящей женщине. Свалился рядом, охнул от боли, но вновь улыбнулся.

– Что такое? – Нина дёрнулась от прикосновения к ней холодного тела рыбы и моментально проснулась.

Она приподнялась на локтях. В её глазах возникла смесь из удивления и радости.

– Поймал? Какая рыбка, сочная! А когда мы будем её есть?

– Прямо сейчас.

– Поджарить бы, – несильно взгрустнула женщина, – впрочем, будем считать, что это суши.

– Так, с большой натяжкой, – согласился Виктор.

Он острым краем камня искромсал толстую рыбину и вытащил глаза.

– На вот, – Виктор протянул ей их, – в глазах много воды.