Приключения Нила Кручинина

Он состоял из толстого жакета, с выглядывающим из-под него свитером, и лыжных панталон, заправленных в тяжёлые башмаки… Последнюю фразу, брошенную девицей в трубку, я расслышал вполне отчётливо: «Просим вас приехать как можно скорее». После этого она достала из кармана пачку папирос, по-мужски закурила и метко бросила спичку в довольно далеко стоящую пепельницу. Мне хорошо запомнилось это уваренное движение, видимо, твёрдой и сильной руки. Затем девица обернулась в тёмный угол и сказала кому-то, кого мне не было видно: «Старая дрянь поплатится.

Сейчас здесь будет сам начальник полиции». – «Этот толстый дурак?» – спросил сидевший в углу мужчина. – «Сейчас меня интересуют не его умственные способности, а право шефа полиции арестовать кого нужно», – резко ответила рыжая девушка…

Тут Кручинин рассмеялся и умолк.

– Чему вы? – не скрывая раздражения, спросил Грачик. Он и так уже с трудом сдерживал нетерпение: ему хотелось действовать, двигаться, подобно хорошей охотничьей собаке, уткнув нос в след убегающей дичи, мчаться вперёд и вперёд.

 – Чему вы смеётесь? – повторил он.

– Если бы ты её видел?! Эту рыжую. Он обернулась – и, – Кручинин снова тихо рас смеялся, – честное слово, если бы я не знал, что не бывает, не может быть крысы такого размера… Притом, представь себе: рыжая крыса-гигант, а?!… Право, я даже попятился с двери…

– Однако бедный толстяк, этот шеф полиции! – вырвалось у Грачика. – Ему так и не дадут встретить Новый год. Да вдобавок ещё поносят его и, по-моему, совсем незаслуженно: он добродушен, но вовсе не глуп.

– Может быть, может быть, – неопределённо ответил Кручинин. – Хочешь знать, что было дальше?

– Говорите же, пожалуйста, говорите, джан! – умоляюще проговорил Грачик.

– Никем не замеченный, я добрался до ко на коридора. Судя по запахам, я был недалеко от кухни. Она меня не интересовала, там наверняка была прислуга, которая могла меня заметить. Пожалуй, пора было поворачивать к выходу, тем более, что я теперь знал: через несколько минут здесь будет наш милейший шеф, и мы вместе с ним можем открыто войти в дом.

Я вернулся в прихожую и уже взялся было за ручку парадной двери, когда луч света, падающий откуда-то сбоку, осветил угол за вешалкой. Я увидел несколько пар палок, лыжи, рюкзаки и аккуратно выставленные рядком три или четыре пары горных ботинок. Ну, ты уж и сам понимаешь: я не мог не поглядеть на их подошвы. Я поднял эти ботинки один за другим и увидел… Все они были подбиты именно так, как вот эта пара.