На счастье

Но сейчас некоторая обида за своего наследника прошла, как и не было ее. Осталась только боль за эту девочку. И вина. Вина потому, что он мужчина.

Когда женщины хряпнули по рюмочке успокоительного, Петр, наконец, смог говорить нормально.

– Физически она пострадала не страшно. Разрывы… в общем там ей все зашили. Голову тоже…, она сильно ударилась и получила сотрясение. Ссадины, царапины. Хуже с горлом. Повредились хрящи гортани и мягкие ткани. Там пока отёк сильный.

– Как повредились? – Камилла ахнула и схватилась за сердце, – Ее… ее…

Кажется, до нее только сейчас в полной мере дошла ситуация.

– Ксюшу душили, да, – хрипло выдохнул, а самого снова затрясло внутренней дрожью от ярости. Она никуда не делась. Но и выхода дать ей он пока не мог.

– Ксюша может говорить? – Кеша видел с каким трудом старый друг контролирует себя.

– Нет, пока что. Спадет отек и будет видно, так говорят врачи. Психолог считает, что это еще и моральная травма для нее, и не факт, что как поправят ей горло, она сможет себя пересилить.

– Психолог?

– Да, она из консультации жертв насилия. Сразу начала работать с малышкой.

– Ты просил не говорить Давиду, но, если она не говорит, он лучше других сможет ее понять. Они ведь… ты же помнишь, что с ним было, Ксюша всегда его и без слов понимала.

Петр вперил в друга тяжелый взгляд, пригвоздил того к полу.

– Психолог говорит, что не нужно, значит, не нужно, – агрессивно заговорил, – И, если кто-то из вас попробует ему сообщить, и парень примчится из другой страны… я не посмотрю ни на что, изобью всех, а потом нахрен выброшу из больницы.

Все трое опешили от этой ярости, откровенной угрозы во взгляде и позе. Петр был готов броситься закатать любого из них в асфальт или в бетон.

– Твой парень может ее добить, понимаешь? Физически ей не так плохо, а вот психическое здоровье… Я вас очень прошу не делать ничего, если вы не обсудили этого с психологом. Хотите помочь, пожалуйста, никто не возражает.

Света и Кеша кивнули, а вот Камилла полыхнула взглядом.

– Я ее мать, я не могу ей навредить!

Нервы сдали.

Резко выбросил руку вперед, схватил эту дуру за шею и притянул к себе. Нос к носу.

– Одумайся, очень тебя прошу! Открой свои глаза и заставь мозги работать, иначе, богом клянусь, я тебя удавлю.

– Петя, успокойся! – кто-то попытался его отодвинуть, но ему все равно, ярость затуманила сознание.