Так Бывает

– Я, знаешь ли, Константин, многое знаю и про тебя, и про него. Мы с тобой еще предметно обсудим все, как вернешься. Езжай, парни проводят, – им двоим, наверное, почудилась в интонациях Саныча угроза Косте. Вот если бы он Диме, при встрече, сразу в рожу зарядил, или парней своих попросил, Дима бы это понял, потому что заслужил, а вот Косте-то за что такое предупреждение в голосе могло достаться? Интересное кино. Наоборот, вместо заслуженного мордобоя их встретили, проводили, практически, в лучшем виде и сейчас вот вроде гостеприимство проявляют.

Да, ситуация. Пойми, что старый хрыч выкинуть может.

Костя развернулся и пошел к двери, говорить ничего не стал. Что толку? Саныч туману напустить мастак, лис старый, а все туда же, загадки загадывает.

Димка вон сам не свой. Дров наломал за год, так и не расхлебал, все только хуже стало. Так что просто молча рванул к тому, кто нуждался в нем сейчас больше всего на свете, а друг понимает, что, конечно, радует, потому как работу никто за него не сделает.

Вот и будет пока мотаться из города в город, а там уж посмотрит, что и как.

Костя свинтил, да так быстро, что мужчины опомниться не успели, но оба понимающе усмехнулись. Только Саныч грустно, а Дима чуть радостней. За друга он всегда порадоваться готов. С Костей они знакомы давно, еще с начальных классов, практически, оттого такие перемены в друге его откровенно радовали. Совсем недавно он родителей потерял, а больше никого и не осталось. И вот, бац, кое-кто нашелся. История некрасивая, даже откровенно говоря, хреновая история.

Это для Димы Костя друг, и он принимал его всегда таким, какой он есть, а вот для других Костя другой. Сволочной мужик, а для баб так и подавно. Никогда не церемонился с ними, пользовался… да там, наверное, такое количество их собраться может, что население Китая позавидует. Но тут вышел сюрприз, как говорится. От кое-каких занятий дети появляются, а Костя об этом позабыл, вот теперь вроде радуется, но за голову тоже хватается.

Все эти мысли в его голове промелькнули общим фоном, главным было другое.

Жену он увидел. Не изменилась совсем, похудела, правда, сильно,– ветер подует, снесет наверняка. Он ее любой любит. И плачущей, с красными глазами и распухшим носом, невыспавшуюся, ворчащую на него по утрам, злую, веселую. Он любит ее всякую и всегда. Жаль, что любовь эта от ошибок их не уберегла. И ее, и его. Его, конечно, больше.

А сейчас, в глазища ее зеленые заглянул и пропал, как в первый раз.