Так Бывает

Головой понимала, что это бред и чушь, но страх был иррационален и не поддавался никакой логике.

А потом у нее была наглядная демонстрация, устроенная ей же самой, что она не готова иметь детей, а точнее не желает.

У нее был, перерыв в приеме таблеток, да и, перенесенная за неделю до этого ангина дала о себе знать: антибиотики, которые она принимала, перебили действия гормональных. В общем, спустя неделю после Сочи, в голову добрела мысль, что у нее задержка больше трех недель. Тест… две полоски… С ней рядом была Маришка, молча радовалась, но вспомнила кое-что из детства подруги и испугалась, пыталась отговорить, но Таня была непреклонна в своем желании сделать аборт.

Рожать и отдавать потом в дом малютки, это еще хуже. И она сделала аборт, без лишних слез,– эмоций тогда вообще у нее не было, а вот опустошенность была.

Осознание сделанного шибануло спустя пару месяцев, когда ей начали сниться кошмары с ребенком, с девочкой, очень похожей на нее, но с карими глазами отца. Эти сны ее тревожили, заставляли нервничать.

Она чувствовала себя виноватой перед их дочкой, хотя не должна была.

Знала, что родись эта девочка, она бы испоганила ей жизнь упреками в неверности отца, загнобила бы, потому что боль его измены была так сильна, что порой сдерживать себя было невыносимо и она рыдала, кричала в подушку чтоб хоть как-то облегчить свое состояние. А тут еще сны эти.

Но потом Таня себя убедила, что все правильно. Какая нормальная женщина пойдет на аборт, если ребенок, хоть и не желанный, но от любимого мужчины? Правильный ответ: нормальная женщина на убийство не пойдет.

Она пошла, значит с ней точно что-то не так.

Корила ли она себя за сделанное? И нет, и да. Раньше точно нет, а сейчас, прожив неделю с Кириллом, но уже немного в другом статусе, поняла, чего себя лишила. И от этого стало так горько и обидно, что мата на себя саму не хватало. А с другой стороны, она по-прежнему любила того, кто ее так неожиданно предал. Любила так, как любить нельзя, от того сомнения грызли душу.

А еще пугала мысль о Диме: если он узнает, что она сделала, как поступит?

Он приехал, просит вернуться, говорит, что любит ее, а все остальное они исправят, решат. Только разве возможно решить и забыть такое? Измену простить более вероятно, но за ней тоже есть вина, и не малая.

Может она бы и вернулась, дала бы шанс, особенно учитывая все оставшиеся чувства,– раньше они пылали в ней, а сейчас уголек напоминают.