Тайна Проклятого озера

Это было давно. Еще до того, как Марина его нашла, даже до того, как я уехал учиться. Я искал его все эти годы. Некоторые све?дения из той синей папки были добыты мной. Мы с Мариной помогали друг другу, но видят Боги, я не имею ни малейшего понятия, что она в тот вечер забыла на Озере. Сегодня я хотел встретиться с ним снова, но увидел тебя и понял, что он опять исчез.

Аттина тяжело вздохнула. Караулить Барлоу в Замке можно было целую вечность. И он мог так и не заглянуть туда до самого Сопряжения.

– Но, мне кажется, я знаю, как его найти.

Аттина встрепенулась.

– Зайдешь? Дома есть ручки, и даже бумага, – с легкой иронией сказала она.

Амир молча кивнул.

Они выбрались из машины, поднялись по ступеням крыльца. Аттина открыла дверь, торопливо путаясь в связке ключей.

В прихожей было темно, но где-то далеко, на кухне горел свет и звучали голоса четы Вейсмонт. Аттина невольно прислушалась, о чем так громко спорят родители.

– А что я могу?! – голос матери звучал возмущенно, словно продолжая разговор, начала которого они не застали. – Ты видел, что стало с Гатри-Эванс?!

Аттина в ужасе перевела взгляд на Амира, жалея, что вообще пригласила его зайти. Они замерли в тени коридора, не дойдя до кухни каких-то пару шагов.

– Она нарушила правила и лишилась Магии! Ей даже вторая форма теперь недоступна. Предлагаешь последовать ее примеру?! Марине нужно было просто подождать! Сопряжение открывает возможности нам недоступные.

– Стелла! Твоя дочь умерла! Ты хоть осознаешь, что произошло?! – отец был не просто рассержен, он был в ярости. – Как ты можешь говорить о семье, о Магии, когда Марина… Еще немного – и мы избавились бы от Твари навсегда! Как подумаю об этом…

– Если. Если бы избавились. Ванесса Гатри-Эванс безумна. Я бы не стала верить каждому ее слову. К тому же… не все ли равно? Марина могла бы возглавить Круг, у нее был характер, способности к Магии, а Аттина… очевидно же, это не для нее.

– К Альвам Круг! – окончательно взорвался отец. – Да ты просто… просто…

Отзываясь на сильные эмоции, вода в раковине вскипела, а где-то позади кухонных ящиков прорвало трубу. На белом кафеле неумолимо расползалась огромная лужа.

Аттина стояла в темном коридоре, с бешено стучащим сердцем. Она знала историю Амира.