Тайна Проклятого озера

Злится? Презирает ее? Ну еще бы, целовать одного парня, чтобы на следующий день признаться в любви другому.

Отец заботливо придвинул к ней тарелку, на которой красовались холодные закуски, а также ее любимые пирожные с кремом, но есть совсем не хотелось.

Поглощенная своими мыслями, Аттина не сразу заметила, что мимо них прошла Ванесса Гатри-Эванс, четвертая из старейшин Совета, бледная болезного вида брюнетка, с лицом едва тронутым морщинами. Мать Амира.

Она шла очень медленно, сосредоточенно глядя прямо перед собой.

Распущенные волосы падали на бледное лицо, казалось, она не видит, куда идет. Неожиданно Ванесса обернулась. Взгляд светло-серых глаз буквально пригвоздил Аттину к стулу.

Гатри-Эванс порывисто приблизилась.

– Я вижу сильную Магию. Очень сильную! Она окутывает тебя, пожирает…

– Мама! – Амир уже спешил к ним через зал. – Ты хотела попробовать салат!

– Салат… – Ванесса Гатри-Эванс словно очнулась. – Салат. Повар Коллингвудов делает восхитительный салат.

– Именно, ты очень хотела попробовать, – Амир осторожно взял ее под руку.

 – Прошу нас простить…

Аттина еще долго смотрела им вслед, пораженная случившимся.

– Чтобы там ни говорили, мне нравится этот парень, – произнес отец, очевидно, стремясь разрядить обстановку. – Ничего не имею против Гатри-Эвансов. Все эти заморочки с Кру?гом. Его уже лет двести не замыкали. Вот даже интересно, что будет, если появится первенец сразу двух семей? Он займет два места в Круге? Родятся близнецы? Или…?

Аттина почувствовала, что краснеет.

Неужели отец заметил, как Амир выходил из их дома? Или вопрос навеян ситуацией, произошедшей только что?

– Пошли, потанцуем! – беззаботно предложил Райден Дэвис, первая любовь ее старшей сестры. Он только что подошел к их столику, привлеченный сценой, и стоял теперь совсем рядом с ней.

С отчаянием утопающего Аттина принялась шарить взглядом по столу, не находя причины отказаться.

– Райден, ты припозднился, – в голосе отца слышалась легкая ирония. – Аттина только что пообещала танец Амиру.

Гатри-Эванс, успевший отойти на десяток шагов об руку с матерью, обернулся к ним.

Где-то в этот момент Аттина поняла, что спрыгнуть с крепостной стены Замка в Про?клятое озеро не так страшно, как взглянуть в глаза Амиру, после того, что произошло у бассейна. Понять, о чем он думает было невозможно.

Полное унижение.

Атина так перепугалась, что тяжело дышала, как будто после пробежки, грудь ее поднималась и опускалась, а слова не шли с языка.