4-е измерение

– За что, босс?! – в ужасе закричал во сне Карл.

– За то, что ты так и не нашел короткую дорогу, идиот! – сказал Док, нажимая на спусковой крючок.

Проснувшись, Карл почувствовал, что в его лоб действительно уперлось что-то твердое и холодное. Он открыл глаза и обнаружил себя на правой половине кровати. Он лежал на боку в каких-то сантиметрах от Кити, его правая рука лежала на ее груди, а его колени прижимались к ее бедру. Кити тоже не спала – она держала маленький дамский браунинг, дуло которого приставила ко лбу Карла.

Карл молниеносно откатился от Кити на свою половину кровати.

После этого инцидента Кити соорудила в середине кровати высокую баррикаду из покрывала и лишних подушек, и тут же заснула. Карл еще долго не мог заснуть, лежа на спине с открытыми глазами и таращась в темноту. Постоянно сбиваясь, он считал овец и старался не думать о том, что только что обнимал абсолютно голую Кити.

**

Начальник городской полиции Кукуссен внимательно рассмотрел удостоверения Карла и Кити, потом закурил и забросил ноги на стол.

– Нечего мне вам рассказать, дорогие журналисты. Бруксы переехали в Пять Озер за два месяца до своего исчезновения. Сняли квартирку на Западной улице. Ганс устроился на местную сыроварню, Натали – в парикмахерскую «Золотой локон», что на Площади Озер, женским мастером. Последний раз их видели полгода назад, в День Молодого Сыра, – это наш городской праздник. Вечером они поужинали в ресторане «Пятое озеро», и все. После этого их уже никто не видел. Ни в Пяти Озерах, ни где-либо еще.

– Родители, родственники, знакомые, естественно, их тоже не видели? – спросил Карл только для того, чтобы хоть что-нибудь спросить.

Кити насмешливо хмыкнула. Кукуссен тоже усмехнулся. Карл мысленно дал себе под дых, кляня себя за глупый вопрос. Не ответив Карлу, Кукуссен раздавил в пепельнице недокуренную сигарету, встал, налил себе кофе из кофеварки, снова сел за стол.

– Активные разыскные действия длились три месяца. Все впустую. Бруксы исчезли бесследно.

Родители обоих до сих пор на что-то надеются. Звонят мне раз в неделю. Плачут постоянно. Умоляют, просят, требуют. Потом проклинают меня и бросают трубку. – Кукуссен щелкнул зажигалкой-револьвером, задумчиво поглядел на огонек. – Зря вы сюда приехали, дорогие мои журналисты. Нет, я все понимаю – блистательное журналистское расследование, сенсационное открытие… Но… не тот случай. Ни блистательного журналистского расследования…

Кити демонстративно зевнула.