Леблеби и другие опасности

А солнце было! А ещё нежное море и белоснежные крупинки особенного песка, привезённого откуда-то издалека для своей царицы Марком Антонием, кажется. Клеопатра определённо знала толк в удовольствиях, но бедный Марк Антоний! Такое чувство, что он всю жизнь только и занимался тем, что возил для своей девушки песочек из разных уголков мира. Наверное, это любовь?

А эта сумасшедшего цвета вода! Она затягивает и завораживает, и чем дальше от высокого сезона, тем более прозрачно море.

Ближе к семнадцати часам мы вернулись в отель, где намеревались жить мы сами, но припеваючи жил наш чемоданчик.

Бодрый и весёлый, он подмигивал нам из кладовки. Неплохо устроился, подлец! Мы там добываем себе пропитание, ноги стираем в кровь, а он прохлаждается в одиночестве!

Но, как только мы подошли к стойке регистрации, та самая милая женщина, которая утром отправила нас восвояси, завопила так, что весь район слышал: «Madam, madam!!!!!!».

Ну, да, мы мадам, а зачем так много восклицательных знаков в вопле? Сама же гулять нас отправила.

Если хотела не нервничать и не искать туристов с собаками, надо было селить вовремя. Тогда бы мы мирно спали в номере, и, может быть, всё сложилось бы по-другому.

Нет, я, её, конечно, понимаю. Где–то в глубине души.

Чемодан есть, туристы вроде были, потому что чемодан же кто-то приволок, но теперь их почему-то нет. Долго нет. Где-то восемь часов уже нет.

А вдруг маньяки? (Ха, маньяки!)

А вдруг заблудились? (Ха! Заблудились!)

В общем, мы поломали всю стройную картину мира, которая, видимо, сложилась у неё в голове за годы работы.

Нам надлежало тогда, утром, выскочить на улицу, купить бублик, чтобы не умереть с голоду, и тут же стремглав бежать в отель, чтобы, сидя в жутко неудобном, кстати, кресле, часа три дожидаться заселения, И после обеда тоже никуда не ходить – отдохнуть с дороги, выпить чаю, познакомиться с соседями. Вот так поступают все уважающие себя туристы. А не несутся сломя голову навстречу опасностям на улицах малознакомого города.

Ведь за дверями отеля подстерегают ужасные опасности, и категорически нельзя никуда выходить!

В общем, женщине не пришлось обращаться в жандармерию, а она уже была, видимо, к этому готова. Наверно, и в вечерних новостях уже о нас рассказывали.

Мы её успокоили, сказали, что так больше не будем (так – не будем, будем круче). Она нам поверила, потому что всё равно ничего не поняла. У меня всего пять уроков турецкого. А у неё русского и того, наверно, меньше.