Шрам

Охотники казались полувымышленными личностями, людьми не этого мира, которых вот так вот просто не встретить в баре, с которыми не выпить пива, и так запросто одним из них не стать. Так уж люди их видели, как героев, несравнимых с собой, или самоубийц, коими не стоит становиться. В любом случае, эта профессия, казалось, создана не для обычных людей вроде меня.

– И что? – спросил я. – Вы вот так вот просто возьмете меня к себе? Без подготовки, без какого-либо опыта? Я же не служил в охране, и за стенами города ни разу не был.

– Ну, во-первых, боевая подготовка, конечно, желательна, но не необходима. Поверь, там, за стеной, при встрече с тем же самым стражем каждый второй военный в штаны наложит. Нельзя быть готовым к тому, что тебя там ждет. Людей проверяет время. Либо это твое, либо нет, и поймешь ты это после первой же вылазки. Опыт придет со временем, и мир снаружи закалит тебя сам получше любых военных.

Джим отхлебнул пива и продолжил:

– Ну, а во-вторых, у нас нет выбора.

Мой брат, конечно, будет не в восторге, принимая такого новичка, как ты, но нам сейчас позарез как нужен толковый водитель. У нас задание висит и может со дня на день уйти к Койотам. А нам нужны деньги, и работа не ждет. В общем, ты решай, а уж с остальным я сам разберусь.

– А если я, при виде какой-то из этих тварей, запаникую? Побегу или глупость сделаю?

– Ну, тут уж, приятель, тебе нужно самому понять, способен ты на это или нет. Я лишь предлагаю, обещаю, что будут большие деньги.

Но все остальное – на тебе. Ты идешь сам, и тебя никто за руку не тащит. Если погибнешь по глупости, значит, сам виноват. Если же будешь делать, как говорят, то останешься жив и невредим. Выбор, все равно, за тобой.

Джим снова отхлебнул пива.

Выбор за мной. Я чувствовал, что стою на распутье. Оставить это безумное предложение или принять его. Зачем мне это? Какой из меня, к черту, охотник? Ну, а если не приму, то что? Так и буду дальше жить? Страдать бессонницей и убиваться по воспоминаниям о Джулии? Я осознавал, что этот шанс предоставляется лишь раз в жизни.

И разве не его я ждал? Разве не таких перемен я хотел? Если откажусь, не докажу ли я тем самым слова Джулии? Она сказала, что я создан для этой жизни, но она ошиблась. Эта жизнь мне нравилась только пока в ней была она. Джулия была основой, на которой стоял мой мир. И теперь он рухнул. Значит, пора что-то изменить. Меня пугала эта перспектива.