Шрам

Словно я жил в маленьком мирке, никак не относящемся к этой земле, наводненной чудовищами. И только теперь я понял, насколько иллюзорна и мнима эта граница. Мир за стеной, такой пугающий и враждебный, лежал передо мной. И я не увидел в нем ничего угрожающего. Раскатанная дорога вела от шлюза, а по обеим ее сторонам простиралось поле высокой, желтой травы. Я вспомнил, что Джулия мне говорила про смену сезонов, и как они меняют природу. Я видел перед собой бескрайний простор, уходящий к горизонту. Его нельзя было объять взглядом, и от этого кружилась голова.

Горизонт. Я впервые видел его не на картинке. И он совершенно не походил на то, что показывали в фильмах. Его масштаб поражал и восхищал меня. Я никогда и подумать не мог, что увижу эту границу, в которой земля сталкивается с небом, и то, словно купол покрывает весь этот необъятный мир. Огромное небо. От первого, осторожного взгляда в эту голубую бездну, мне стало не по себе. Я ощутил, как дрожат мои руки.

Позади нас открылась створка маленького окошка, и послышался низкий голос Пастыря:

– Почему задержка?

И в этот момент я осознал, что не знаю, сколько уже сижу так, без движения, вглядываясь в открывшийся мне мир.

– Он впервые за стеной, Джон, – обернулся Джим. – Дай ему минутку опомниться.

Я ощутил, как щеки наливаются краской, и быстро отведя взгляд от неба, перевел его на приборную панель.

– Прошу прощения! – быстро выпалил я, стараясь скрыть свое волнение и испуг.

Послушный моим движениям Странник медленно покатился вперед.

Окошко за спиной захлопнулось. Я услышал, как стали закрываться ворота Филина. Я покинул родной город, и чувство одиночества и собственной ничтожности по сравнению с таким огромным миром, нахлынуло, смывая даже страх.

Ведя машину по широкой дороге, первые полчаса я старался сфокусировать свой взгляд на том, что находится непосредственно перед капотом и не поднимать глаз к горизонту, чтобы голова вновь не закружилась от лежащего впереди простора.

Потом, медленно я все же стал переводить взгляд все дальше, давая глазам охватывать все большее пространство.

Оказалось, что поле не такое уж и большое, как мне показалось сначала. С левой стороны к дороге все ближе и ближе подкрадывалась полоса густого, темного леса, состоящего в основном из пушистых высоких елей. Он немного пугал меня, как человека, выросшего в черте города и наблюдавшего деревья лишь на гидропонной ферме.