Шрам

Наверное, еще никогда прежде я не чувствовал, что еда может быть такой вкусной. Только начав есть я осознал, насколько же сильно проголодался. А трапеза на свежем воздухе лишь разогревала аппетит.

Солнце к этому моменту окончательно скрылось за серыми тучами, затянувшими небо от края до края. Заметно похолодало. К концу нашего обеда начал накрапывать дождь. И это было еще одно из многочисленных открытий, совершенный мною в тот день. Конечно же, я знал, что такое дождь, но никогда прежде не ощущал, как это, когда с неба капает вода.

Капли были мелкими и холодными. Но я, все равно, подставлял лицо небу. Мне нравилось чувствовать эти капли на своей коже. В тот момент я ощущал некую близость с природой и точно решил для себя, что, даже если не стану одним из Грешников, все равно, найду способ еще раз выбраться за стены Филина.

Дальнейшие два часа мы двигались вдоль берега реки, против ее течения. Затем впереди показалась колоссальных размеров конструкция, возвышающаяся над водой.

– Нам нужно будет перебраться через этот мост, – сказал Джим, указывая вперед. – Заезд увидишь слева. Двигайся медленно. Предки, конечно, строили на века, но, ведь, века-то уже прошли.

Я не сразу осознал смысл сказанных Джимом слов. Этот мост был построен предками! Теми самыми великими и могущественными предками, что погубили наш мир. Данная мысль почему-то привела меня в странный восторг и нетерпение.

Подъехав ближе, я обнаружил, что мост является частью широченного шоссе, которое извиваясь подобно старой черной змее, тянулось до самого горизонта.

Эта змея уже давно была мертва, но труп ее, местами насквозь проросший деревьями, кустами и травой, был все еще отчетливо различим среди окружающего его моря зелени. Массивные плиты и опоры моста уже заметно потрескались, а кое-где были видны отколовшиеся куски. И все равно, он показался мне невероятно прочным.

Пока Странник медленно полз к другому берегу реки, я старался успокоить новую волну дрожи в конечностях.

На этот раз не страх был ее причиной, а восхищение и трепет от близости к этой частичке далекого прошлого, о котором так восторженно рассказывала мне Джулия.

– Направо, – указал Джим, когда мы съехали с моста.

Вновь по бездорожью мы стали постепенно удаляться от реки. Но не прошло и пятнадцати минут, как Джим твердо сказал:

– Тормози тут. Приехали.

Я остановил машину и в недоумении огляделся по сторонам.