Благие знамения. Сценарий сериала

Кроули. Я вот тоже беспокоюсь. Вдруг я сделал доброе дело, когда подбил их попробовать яблоко? За добрые дела демона не похвалят. Вот будет смешно, если мы оба ошиблись? Я сделал добро, а ты – зло.

Азирафель. Ничего смешного.

Разражается гроза. Играет песня Бадди Холли «Каждый день» (в начале – тиканье часов). «С каждым днем ближе, ближе, ближе…»

106 НАТ. СОХО, ЛОНДОН, ДЕНЬ, 2007 г.

КАРТОЧКА С ТИТРАМИ: ОДИННАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД

Дальний общий план букинистического магазинчика Азирафеля «А.

 З. Фелл и Ко, Книготорговцы». Это обветшалая букинистическая/антикварная лавка, какие часто увидишь в Лондоне…

107 ИНТ[3 - Здесь и далее: интерьер.]. МАГАЗИН АЗИРАФЕЛЯ, ДЕНЬ, 2007 г.

Азирафель разговаривает по телефону. Герой ничуть не изменился с тех пор, как мы видели его в облике ангела. Он похож на довольного жизнью, обеспеченного букиниста – добродушный элегантный джентльмен из тех, кто носит галстуки-бабочки и считает, что клетчатая шерстяная ткань выглядит стильно, причем слово «стильно» произносит с гордостью.

Магазин его выглядит великолепно: битком набит валяющимися в беспорядке и порядком запылившимися книгами. Азирафель сидит за столом, на котором высятся стопки книг.

Азирафель…я посмотрю в шкафах, но первое издание «Прошлого, настоящего и грядущего» матушки Шиптон из Йоркшира у меня точно есть, тысяча семьсот сороковой год, красный сафьяновый переплет чуть побурел. Стоит около четырех сотен фунтов. Есть и более поздние, менее ценные издания.

Я отложу для вас. Да, мы специализируемся на ранних изданиях книг пророчеств. Быть может, вам нужно что-то еще?

Азирафель смотрит в окно. (Телефонная беседа меж тем продолжается.)

На улице какая-то МАМАША, обвешанная сумками, успокаивает закатившего истерику ребенка и случайно выпускает коляску, в которой сидит ее младшее чадо. Коляска катится к проезжей части, прямиком под колеса машин.

Раздраженный Азирафель напрягается. Коляска разворачивается и словно по волшебству уезжает прочь от автомобилей, в руки матери, которая даже ничего не замечает.

Азирафель явно доволен собой.

Азирафель (продолжает). «Превосходные и недвусмысленные пророчества Агнессы Псих»? Боюсь, ничем не могу вам помочь. Разумеется, я знаю, кто она такая: родилась в тысяча шестисотом году, разразилась откровениями в тысяча шестьсот пятьдесят шестом. Но ни одного экземпляра книги не сохранилось. Нет, я ничего от вас не скрываю.