Логин в Небеса

На входе висела дурацкая звенелка из восточных магазинчиков по фэншую – фигня, которая раздражает нервную систему похлеще будильника по утрам. Каждый раз, когда открываешь дверь, ее бренчание давит на мозг и обнаруживает твое присутствие. Ужасно раздражающая вещь, особенно ночью, особенно сегодня – захотелось оторвать ее с рейки, но я чудом сдержался.

Консьержка смотрела кабельное TV на замызганном экране. Я подошел к стойке, скотчем прямо к поверхности стола был прикреплен пластиковый файлик с расценками, края которого давно потрескались, а сам он был заляпан то ли чаем, то ли чем-то жирным.

От консьержки не последовало никакой реакции – ни поворота головы, ни приветствия клиента. Можно самому взять ключ и подняться в номер, вот только ключи запрятаны где-то в ящиках стола. Я прокашлялся и обратился к женщине:

– Доброй ночи! Оформите, пожалуйста, номер на одного, на трое суток.

Женщина, похожая на файлик с расценками, такая же жирная и заляпанная суровой жизнью замкадья, обратила на меня свой ленивый взор.

Отвечать не спешила. Думала, что я растворюсь от ее взгляда? Я бы так и сделал, но выхода у меня не было, ехать в другую гостиницу посреди ночи не радовало. Клиенты тут явно не в почете.

– Что?..

Вопрос загадка, вопрос на миллион долларов, мне требовалась помощь зала. Я повторил свои слова:

– Оформите, пожалуйста, номер на одного, на трое суток.

– Вы один? Животные? Завтрак включать?

– Один. Животных нет. Без завтраков.

– Наличные?

– Да.

– Заезд оплачивается сегодняшним днем, сегодня в двенадцать дня первые сутки.

С двенадцати пойдут уже вторые. Оплата вперед. Берете все равно?

– Конечно, это не важно.

– В номерах напор воды слабый, окна лучше не открывать: заедает ручка. Поесть можно в кафе у колонки, но я не советую: можно отравиться, а до поликлиники далеко, скорая сюда не поедет. В прошлом году мужчина траванулся бутербродом, так и не успели откачать, медики отказались принимать вызов. Пока искали родственников, труп пролежал неделю в сарае у леса.

Жуть.

– Жуть, – согласился я.

Консьержка сверлила меня взглядом, но все-таки догадалась, что я все равно оформлю номер. Уточнила для протокола еще раз:

– За трое суток сорок тысяч. Ну что, я оформляю?

– Да-да.

Я положил купюры на стол.

– Этаж второй или третий?

– Третий.

– Направо. Вверх по лестнице, номер одиннадцать.

На столе звякнул ржавый ключик с кривым номерком, на котором еле читались две единички.