Возрожденная

Женщина! Женщину заставят участвовать в этом кровопролитии?! Немыслимо! Я задохнулась от такой несправедливости и хотела возмутиться, но мой новый приятель напомнил о себе, чуть сильнее надавив на плечо и заставляя меня сидеть смирно.

Следом на арене показался немолодой дядечка с посеребренными сединой волосами, держащий в руках несколько исписанных листков, и усиленным невидимым устройством голосом начал представлять каждого обвиняемого и перечислять их преступления.

Я затаила дыхание, как и все зрители.

Мне не терпелось узнать, в чем повинны эти люди. Возможно, я опять скора в своих суждениях и они действительно заслуживают смерти?

– Дилен О’Дайн, вас обвиняют в насилии и нанесении увечий своей соседке Мийл Д’Мор. Признаете ли вы себя виновным?

– Нет, – сквозь зубы выплюнул белокурый мужчина двухметрового роста, при этом от сильно сжатых кулаков на его руках заметно проступили вены. Я тут же подумала, что он сейчас даст волю своему гневу и врежет мерзкому старикашке.

– Тогда вы имеете право доказать свою невиновность, кхе-кхе… и уйти с арены с честью. Ваш противник в этом споре – Арим Ди.

При упоминании этого имени на арену вышел бугай, выше и крупнее обвиняемого раза в два. Интересно, он что, на стероидах?

– Выбирайте. – Дядечка показал на небольшой стол, на котором лежало несколько видов холодного оружия.

– Трезубец, – произнес Дилен О’Дайн, и понуро опустил голову, наверное, свыкаясь с мыслью о своей скоропостижной смерти.

Ведь в его взгляде, кроме обреченности, больше нечего не осталось.

Вот теперь я не смогла молчать:

– Это несправедливо!

Слава обернулся на мой выкрик. Его брови удивленно сошлись на переносице, но буквально на секунду, так как он быстро потерял ко мне и к моим возмущениям всякий интерес.

Но ко мне тут же наклонился Асмодей.

– Что именно, госпожа?

Я молчала недолго и тихо, со злобой в голосе, бросила:

– Все это.

Это неправильно… Ну, по крайней мере, нечестно.

– Ну, это не умаляет зрелищности, – с поддевкой изрек мужчина.

«Мне показалось или он меня в чем-то упрекает?!»

– Да кому нужна эта зрелищность?

– Вам.

Я не удержалась и обернулась к нему.

– Очень давно именно вы были организатором подобного судейства. И раньше вас никакие моральные вопросы не интересовали. Что поменялось?

От честности мужчины я опешила.