Разобранные

Коннору уцепляется за эту мысль. Идея о том, чтобы податься в бега, волнует его. Он мог быть жестким, мог выглядеть в школе «плохим парнем» и быть крутым, но бежать в одиночку? Коннор не уверен, что у него хватит смелости. Но если с ним пойдет Ариана, тогда другое дело.

– Ты серьезно? – спрашивает он.

Ариана снова пристально смотрит на него своими волшебными глазами.

– Серьезно. Вполне. Я могу сбежать. Если ты меня с собой позовешь.

Коннору отлично известно, что это значит. Убежать вместе с тем, кого отправляют на разборку, – преступление.

Поэтому решимость Арианы трогает его сильнее любых признаний. Они целуются, и, невзирая на то, что ему предстоит, Коннор вдруг чувствует себя счастливейшим человеком на земле. Он обнимает Ариану, – может, слишком крепко, потому что она тихонечко стонет. От этого Коннору хочется прижать ее к себе еще крепче, но он перебарывает это желание и отпускает девушку. Ариана улыбается в ответ.

– Самоволка… – произносит она. – А что это значит, кстати?

– Старый военный термин, – отвечает Коннор.

 – Когда солдат ушел без разрешения.

Ариана обдумывает это и усмехается.

– Ха. Значит, в нашем случае – «счастлив не сидеть на уроках».

Коннор берет ее за руку, стараясь не сжимать ее слишком крепко. Она сказала, что пойдет с ним, если он позовет. Неожиданно ему приходит в голову, что он ее так и не позвал.

– Ты пойдешь со мной, Ариана?

– Конечно, – улыбается и кивает девушка. – Да, пойду.

* * *

Родители Арианы не любят Коннора.

«Мы всегда знали, что его отправят на разборку». Только это он от них и слышал. «Держись подальше от этого мальчишки Лэсситеров». Они никогда не называли его по имени. Всегда «этот мальчишка Лэсситеров». Они считают, что раз он однажды ненадолго попал в коррекционную школу, это дает им право осуждать его.

Провожая Ариану, Коннор останавливается неподалеку от входа и прячется за дерево, чтобы посмотреть, как она входит в дверь. По дороге домой ему приходит в голову, что отныне им обоим придется прятаться постоянно.

* * *

Дом.

Коннор удивляется тому, что продолжает называть это место домом, хотя его собираются отсюда выселить. Выселить не только из его комнаты, но и из сердец тех людей, которые должны были любить его.

Мальчик входит в дом и обнаруживает в гостиной отца. Он сидит в кресле и смотрит новости.

– Привет, пап.

Отец показывает пальцем в телевизор: на экране репортаж с места какой-то очередной трагедии.