Питер под углом семь градусов

 – Что же мы тут сидим? – спросила она Варьку. – Вставай, давай!

– Я иду, – вдруг совершенно внятно проговорил Артем, – приготовьте снимок.

– Это кто? – опешила сестра. – Почему он спит?

– Я не сплю, – возразил Артем, не отрывая головы от стола.

В машине Варька еще раз подробно рассказала Софье о происшествии. Сестра сосредоточенно слушала, прикусив губу, и когда Варя закончила, кровожадно произнесла:

– Тебе надо сделать разрешение на ношение оружия!

– Да! – не менее кровожадно воскликнула Варька.

 – Я согласна!

– Я этим займусь.

«Ох, Сонька неисправима! – закатив глаза, подумала Варвара. – Она уже ко всему подготовилась!»

– Слушай, ты только под утро домой вернешься, как ты на работе-то потом будешь, ничего? – поинтересовалась Варя у сестры.

– Ничего, переживу. Буду пить кофе весь день, – усмехнулась Софья, – и отдавать самой себе строгие приказы – «не спать»!

– А я не сплю! – раздался голос с заднего сиденья.

Сестры одновременно посмотрели на говорящего во сне врача – Софья в зеркало заднего вида, а Варька, обернувшись назад.

Артем Ефремов свернулся калачиком на сиденье и спал глубоким сном бесконечно уставшего человека.

* * *

– Ну, это только ты могла вывихнуть себе руку таким нелепым образом! Я не удивлен, – констатировал Тимофей, выслушав рассказ Варьки. – Ты не можешь просто упасть и удариться. Тебе обязательно надо обставить вывих совершенно невообразимыми обстоятельствами, до которых-то и додуматься в здравом уме было бы нельзя!

Разговор происходил на следующий день вечером.

Они встретились в кафе на Третьяковке, где Варвара в узком кругу друзей еще раз переживала события вчерашнего нападения. На работе за день по чистой случайности ничего плохого не произошло. Их директора в срочном порядке неожиданно вызвали к учредителям компании, и он укатил туда с самого утра вместе со своим референтом. В отсутствие Людмилы Леонидовны офис воспрял духом, люди оживленно общались, слышался даже смех, а в воздухе витало ощущение праздника. Варька поняла, что сегодня ей удалось получить передышку, и сочла это справедливой компенсацией за вчерашние нервы.

– Я, что ли виновата? – обиделась Варька. – Как будто я этого бандита специально провоцировала на себя напасть! Мог бы посочувствовать, между прочим!

– Да я сочувствую, – без всяких эмоций в голосе возразил Тимофей, – просто ты, как всегда, отличилась.