Ловушка для бабочек

У меня мелькнула было мысль, что вообще-то сегодня вечером прибудет Шува со своими далеко идущими планами и было бы разумнее наши планы сначала с ним скорректировать. Однако толком оформиться в возражение эта мысль не успела.

– Хорошо, идём завтра утром! – мгновение спустя прозвучал уверенный ответ и моя белобрысая напарница, очарованная местным принцем, согласно кивнула. Сдаётся мне, что от его лёгкой, чуть насмешливой улыбки и загадочно блеснувших карих глаз у неё напрочь отключились мозги вместе с памятью. Похоже, что в тот момент моя напарница попросту забыла, зачем мы вообще сюда приехали.

– Нас будет трое, – я оказалась более стойкой к этому убийственному очарованию и вовремя вспомнила о вечернем прибавлении в нашем коллективе. Надеюсь, Шува не будет сильно сопротивляться и завтра прогуляется с нами по тропе? Оставлять без пригляда нашего пока малознакомого спутника в его столь перспективных поисках других кусочков карты не хотелось.

Я посмотрела на Милис, и у меня совершенно неожиданно закралось подозрение, что вся эта суета и поход за камнем счастья был затеян ею исключительно с целью пообщаться с Риком.

Да неужели? Почему бы и нет? Вполне вероятно, что эта идея пришла ей на бессознательном уровне, как повод снова съездить в Пески, но для меня какая разница? Вот прогуляется она в компании с этим персонажем, побеседует, пообщается, возможно, даже завяжет отношения, и цель будет достигнута. Не исключено, что её интерес к поискам камня счастья резко затухнет. Или нет?

Милис с явным трудом оторвалась от созерцания красавчика.

Её взгляд снова приобрёл осмысленность.

– Нас будет двое или трое, – кивнула она. – И без ночёвки. Только туда и вместе с Риком обратно.

– Даже лаву в ночной темноте не посмотрите? – спросил парень очень вежливым тоном, но у меня возникло чувство, что он издевался. Видимо, приезжие восторженные девицы сидели у него в печёнках и давно навевали тоску. Наверное, приходилось быть вежливым со всеми глазеющими на него туристками и кроме основной работы проводника тратить силы на удержание личного пространства и защитного барьера.

Постоянно изображать непонятливого и толстокожего, избегая непрерывных поползновений на его тело и благосклонность. Интересно, как всё это выносит его жена. Не мальчик уже, вроде должен быть женат.

– Это можно будет решить перед походом, – встряла дамочка. – Если соберётесь и вдруг мест на ночь в третьем приюте не будет, в агентстве можно будет арендовать спальники, навес или палатку.