Прынц Робэрт. Эротическая сказка для взрослых

И потекли у них денёчки, когда Маня стала талией толстеть и закругляться, а Ваня приговаривать:

– «Худое видели, хорошее уви-и-идим»…

Долго ли коротко ли, но наконец-то наступил и тот день, когда Маня поутру схватилась за поясницу и громко заойкала!

На-ча-ло-ся!

Ваня суетился около, тоже держался за Манин живот, гладил поясницу, а потом побежал к бабам на скамейку. Хоть и утро ещё только наступило, а на скамейке уже заседали. Май всё-таки, тепло. Бабам бы толь языками почесать. Кого хошь переговорят.

Ваня всегда удивлялся, когда бабы со скамейки работали? Ну, завсегда они там. Особенно сейчас. Как ждали, прям. Понятно, завидовали. Лет-то Маньке под задницу, а тут Бог счастье подкинул. Многие отговаривали. Типа даун какой-то ненормальный могет быть, поэтому сначала про аборт трындели, потом советовали не брать. А как можно своё дитё из роддома не брать? Полный же песец!

Бабы сразу тоже заохали да заахали. Кто куда побежали. Кто «Скорую» вызывать по телефону, кто своими глазиками на Маньку глянуть.

Как её, бедную, крутит да корёжит от боли. Бабы они тоже все разные и не все с душой. Некоторым прямо в кайф чужая боль. Как шоколадка, прямо! «Бабы да бес – один у них вес».

Пока «Скорая» ехала, на кухне у Вани целый консилиум собрался. Кто чё городит. Эта грит – надо лежать, другая – надо стоять, третья грит – ноги надо сжать, чтоб какие-то воды не выскочили раньше времени, пятая – надо ходить. Ваня слухал, слухал, ничегошеньки не понял про воды и в залу пошёл.

Какие в животе могут быть воды, когда там евонный ребетёночек сидит!

Наконец приехала целая бригада. В этот раз сурьё-ё-ёзная женщина Маню щупала, щупала, меж ног у ней всё чего-то глядела, глядела, а потом санитарам приказала на носилках выносить, а то эти воды какие-то выскачут. Ваню она соизволила в машину взять, но сначала носом покрутила. Типа мужик сделал своё дело, а теперь дома сиди. А как можно дома, когда тут роднулечка дорогая и ребетёночек при ей.

– «Холостой охает, а женатый ахает»! – хотелось вставить Ване этой дохтурке назло, но некогда оказалось – Ваня всю дорогу за Манину руку держался, потому что ему самому сильно страшно было, чем это всё закончится? Маня-то вся изводилась, корчилась и иногда даже кричала на всю машину. Наверное, и, правда, больно ей было. Но Ваня чего мог? Ничего…

В роддоме Ваню бортонули. Типа – иди домой. А какое домой? Домой. Да.