Принцесса Больничного двора 3

 – Там у них, оказывается, даже не город, а целый подземный мир находится. Располагается он в нескольких уровнях. Наверху живут так называемые аристократы. Потом – те, кто их обслуживает. Ещё ниже – поля и фермы. На них работают рабы – то есть, мы.

– Этого не может быть! – горячо прервала его Маня. – Как могут люди согласиться стать рабами! Гимли, например, ни за что бы никогда не согласился. Я его знаю, если бы его даже хотели убить, он бы всё равно не согласился, – продолжала возмущаться она, – ни за что бы, не согласился!

– Э, девочка, – горько улыбнулся Свениций.

 – Да кто его стал бы спрашивать? И убивать его никто бы не стал, какой в этом смысл? Зачем нерационально расходовать рабочую силу?

– То есть как? – недоумённо взглянула на Историка девочка.

– А вот так, – с горечью ответил Свениций и закрыл лицо руками. – Ведь там с нами не церемонятся, – высморкавшись, и взяв себя в руки, продолжил он. – Порядок среди населения они поддерживают с помощью оружия, которое мы называли Луч боли, оно испускает такие лучи, от которых человек чувствует нестерпимый жар.

Поверьте, это очень больно, не дай вам бог на себе это испытать. Я испытал…

– Высокочастотные электромагнитные колебания, – понимающе кивнул головой Эрик.

– Именно это я и имел в виду, – поддержал его Свениций.

– Ужас… – прошептала Маня, отодвигая тарелку. Есть, совсем расхотелось.

Историк покачал головой.

– Это ещё не ужас, детка.

Ужас, – понизил он голос, будто кто-то мог их услышать, – это Луч смерти. Он поражает цель даже на большом расстоянии и всё, что только может гореть, при его прикосновении превращается в языки пламени: свинец растекается, как жидкость; железо размягчается; стекло трескается и плавится, а когда лучи попадают на воду, то она мгновенно превращается в пар. Стоит ли говорить, что происходит со слабой человеческой плотью? – горестно спросил он.

Маня, зажав рот, едва сдерживала крик ужаса.

– Но самое страшное, – многозначительно взглянул на девочку Историк, – самое страшное – это, на самом деле, вовсе не физическое воздействие. Некоторые люди, как ты справедливо заметила, предпочли бы смерть, даже такую ужасную. Но вся беда в том, что они не хотят сопротивляться.

– Как это – не хотят? Почему?! – недоумённо воскликнула Маня. То, что она только что услышала, не укладывалось в её сознании.