Весна любви

«А ведь она симпатичная», – думал Скотт, глядя на жгучую брюнетку с красивыми карими глазами. Спускаясь по лестнице, она удосужилась подобрать тяжелое пальто, которое он так небрежно сбросил на пол. Она и представления не имела, как интересно ему наблюдать за ней.

Последний раз он делил этот дом с полуобнаженными девицами в день, когда Фрейя праздновала выпускной. Замечательные девицы. Молодые, жизнерадостные. До краев переполнены шампанским и оптимизмом. Как они сражались за пилочку для ногтей и внимание Скотта! Забились в его ванную, чтобы наводить марафет, будто другого места не нашлось!

Скотт вздохнул.

Да, золотое было время.

Правда, и сейчас неплохо. Скотт не смог удержаться от восхищенного свиста, когда брюнетка споткнулась (неудивительно, на таких-то каблучищах!), и ее легкий халатик, распахнувшись, обнажил часть бедра. Вспыхнув, девушка окинула Скотта возмущенным взглядом, убежала в свою спальню и с силой захлопнула дверь.

Скотту до смерти хотелось спать. С трудом держась на ногах, он нашел ключ, вставил в замочную скважину и вошел в ту самую комнату, которую выбрал для себя, когда дом только-только был построен.

Ему нравился этот дом. Чистый и опрятный, ничуть не похожий на обитель отца, мрачную виллу в викторианском стиле.

Скотт бросил рюкзак на пол и распахнул окна, чтобы свежий ветер ворвался в душное помещение. Несмотря на то что слипались глаза, ему нужно было о многом поразмыслить перед сном.

За два года отсутствия многое изменилось в его жизни, хотя в этой комнате все осталось по-прежнему.

Та же кровать, шкаф и комод. Нет, появилось кое-что новое. На комоде стояла фотография стройной блондинки в летнем платье, открывающем умопомрачительные ноги.

Алекса.

Скотт взял фотографию и пристально посмотрел на нее в последний раз, перед тем как засунуть в самый дальний ящик комода. Он сделал этот снимок в то лето, которое они вместе провели в Швейцарии. Юные, чуть старше двадцати, свободные, они видели целый мир у своих ног.

Алекса, казалось, была создана для него. Он вдоволь насмотрелся на своих родителей, абсолютно разных людей, которых связывали только дети. Меньше всего он хотел бы повторить их опыт. И точно знал: повторения не предвидится.

Алекса яркая, умная, очень красивая и, что важнее всего, так же, как и он, любила спорт. Они могли часами напролет болтать о чем угодно, рассказывать друг другу о своем прошлом и делиться планами на будущее. Они были просто неразлучны.