Цвет белоскала

Костёр растопил снег вокруг, обнажив каменный пол. Кое-где можно было видеть сухие ветки и полусгнившие стволы деревьев, даже остатки плетеных корзин и черепки кувшинов. Прежде здесь не только бывали дети, но и останавливались для отдыха торговые караваны.

Лорд Баркен, разомлев от еды и захмелев от вина сильней обычного, с интересом слушал россказни путников. После унылого Тоуна все люди вокруг были ему милы и дороги. Мужчины оказались торговцами, бросившими всё и бегущими к морю.

– Весь скот померз! Люди начали умирать.

Мы не знали, как помочь! Оставаться там было страшно. Все, кто выжили, объединились и поехали к заливу. Вокруг был только снег! Это ужасно! Моя жена простудилась в пути и я ничем не смог помочь! – шмыгал пьяный Томан, а товарищ кивал, подтверждая. – Несколько дней кружили. Сюда вышли случайно! Было затишье в пурге, мы заметили скалы. Иначе сгинули бы!

– Сколько вас было?

– Да сколько было-то, дюжина, кажись. Всех не упомнить. Замёрзли, такие люди, все помёрзли! – отмахнулся мужчина.

 – Трудно говорить об этом!

В пол уха историю слушал и Тоун, только в отличие от лорда, он не слишком доверял этим двоим. Торговец прятал глаза, а его слезы были от вина и усталости. Товарищ и вовсе старался молчать, то засыпая, то снова прикладываясь к бутылке.

«Странно, он заблудился в местах, которые знал. Да и незаметно, чтобы переживал всерьез за жену. Не ощущаю его боли. Что-то здесь не так!»

Тоун повесил у входа покрывало – это создало дополнительную защиту от ветра и снега.

Привязав лошадей рядом с обозом, накинул им на спины плащи.

«Вас даже не распрягли, бедняги, – подумал Кайс, ласково потрепав буйвола по голове. Животное шумно вздохнуло, ткнувшись мордой ему в грудь. Так обычно вздыхают обречённые, знающие свою судьбу. – Что за люди! Не дали отдохнуть ни часа!»

Тоун заметил в повозке ткань, расшитую золотой ниткой. Она виднелась из-под груды набросанной поверх ветоши, явно для того, чтобы скрыть от чужих глаз.

Обернувшись к костру, убедиться, что за ним не смотрят, Кайс осторожно заглянул внутрь повозки и оторопел. Под навесом скрывались горы дорогой ткани, меха и шкуры, драгоценности.

«Мародеры. Ну конечно! Никакие вы не торговцы! Следовало догадаться сразу!»

В другое время Тоун сцепился бы с ублюдками, но теперь, когда всё в мире изменилось, нехотя сдержался. Он знал, что если Северному будет угодно, он не выпустит таких людей со своих земель.