Надежда. Адаптация

Что-то другое спровоцировало их бегство.

Девушка достала из бокового кармана рюкзака «театральный» бинокль неуместного для нынешнего мира золотистого цвета и прильнула к окулярам. Небольшой вес позволял быстро оценивать обстановку и избегать опасности. Добротный полевой бинокль, доставшийся от отца, был украден, но Надя не особенно расстраивалась: изучение оплывших мёртвых лиц не входило в планы. В определённом смысле потеря обрадовала, ведь она продолжила бы хранить его как память.

Сейчас бинокль подсказал, что слух не подвёл – мертвяки гнали грузного мужчину с ребёнком на руках и молодую женщину.

Мороз не давал мёртвым догнать беглецов, только те, казалось, не понимали этого, и в движениях была заметна паника.

Надя увидела, как женщина упала, поскользнувшись. Спутник помог ей подняться, а потом потащил за собой, продолжая удерживать ребёнка другой рукой. Женщина снова споткнулась и упала на колени, зарыдала. Казалось, у неё не было сил двигаться дальше. Мужчина отпустил руку, начал кричать.

Она отмахнулась, проползла на коленях пару метров и только потом встала.

Беглецы свернули за угол, и Надя заскользила биноклем по улице, гадая, где теперь они появятся. Когда вне зоны видимости женский крик оборвался, всё стало понятно. Надя подумала, что можно попытаться помочь двоим выжившим. Казалось, никакого подвоха на этот раз не было. Схватив копьё, сделанное из толстой обструганной палки с примотанным поварским ножом, девушка нацепила рюкзак, проверила фомку и покинула убежище.

Правила, придуманные Надей для новой жизни, после последних событий исключили помощь взрослым, но в них ещё ничего не говорилось о детях! Она не знала, как переносит вирус детский организм, какая у него сопротивляемость, да и есть ли она вообще.

Детей-мертвяков Наде довелось видеть только пару раз среди убитых тел, и при других обстоятельствах они больше не встречались.

На улице было темно, фонари давно не работали. Сумерки укрыли девушку от посторонних глаз. Снег создавал иллюзию подсветки, слабо отражая приглушённый свет луны.

Ветер усилился, метель рассыпала снежную крупу, делая пространство ещё более непроницаемым и потому – опасным. Где-то уныло поскрипывала подъездная дверь, заставляя двигаться осторожнее, всматриваясь в шевеление теней от ползущих облаков. У одного из сугробов копошилась чёрная масса крыс, с писком растаскивая чьи-то кровавые останки. Даже заметив человека, они не прекратили своего занятия, – город давно принадлежал им.