Девушка в красном платье

– Вилли, какого лихого бога? – ворчит он и уже не запахивает шубу на голых бедрах. – Тащишь в мои комнаты всякую гадость. Почему именно в мои?

– Родик, ты всегда берешь самые большие покои. И самые светлые, – с едва различимым скрипом срезала она щетину со щек. – Не на улице же нам принимать утренний туалет.

– Пф… колдуна в мою отхожую комнату не таскать. Я брезгую, – фыркнул Принц, упал в кресло напротив и с интересом рассмотрел девушку.

Вилли одевалась по-прежнему просто, платья не носила, оставалась в теплых штанах и свитере, добавила только розовый вязанный шарфик от Дедули Аксила.

На голове небрежный пучок, на ногах сапоги. Всё для удобства и тепла. И ничего, чтобы соблазнять Принца или склонять его к свадьбе бесконечными красными платьями. Если она хотела его задеть, то сделала это. После первой скоропалительной близости ему требуется вторая, чуть менее скоропалительная, а она даже не думает давать ему повод. Любое его движение сразу принимает ударом коляски Зельтиура по ногам.

– Вилли, назрел разговор. Как ты относишься к тому чтобы вечерком в романтической обстановке распробовать сказочный букет одной подарочной бутылки? – призывно погладил он великолепный голый торс.

Вилли, у которой в процессе бритья на веке и лбу выросли две большие мыльные бородавки, ответила, не задумываясь:

– Родик, ты все-таки сказочный жмот. Как можно напоить всех одной бутылкой?

– Почему всех? Только ты и я, – утробно проворковал он.

– И Ждуняша, – воинственно выпалила она. – Ему вино полезно и нравится.

Родион запахнул шубу, поймав на себе ликующий взгляд Зельтиура.

– Причем здесь твоя Ждуняша и наша романтическая обстановка? – обиделся он. – Откуда такая дочерняя любовь к этому агаронскому пугалу? Давай вспомним, что на царском приеме он хотел обвинить нас во всех тяжких и выпереть из страны. И это только в лучшем случае. В худшем нас поместили бы в останки Башни отверженных.

– Родик, давай вспомним, что Башню грохнула я, все его обвинения обоснованные.

Он же не мог знать, что помимо прочего, ты ящер, который сбрасывает хвост всякий раз, как его прижмут. Ты выскользнешь даже из Башни отверженных.

– Обвинения не принимаются, – нахмурился он. – Я тебя покрывал, боевая ты моя. А он нам путешествие в Степи испортил. Уверен, вся мерзость от него, и смерч, и морок.

– Это не доказано, он маг-защитник, а не иллюзор, во-первых.