Грань дозволенного

– Если человека укачивает в транспорте, то полет на самолете для него может оказаться пыткой. – продолжил он. – Я видел, как у вас забрали таблетки.

«Все то он заметил», – с раздражением подумала я. Мне совсем не хотелось сажать к себе на хвост любопытных попутчиков.

Стюардессы начали разносить напитки. И когда стаканчик с соком оказался у меня в руке, я увидела перед собой широкую ладонь на которой лежали две зеленые капсулы.

– Я их всегда пью перед поездкой, – наставительно проговорил мой сосед. -И об укачивании не вспоминаю.

Разглядывая блестящее покрытие незнакомого мне препарата, я подумала, что он чересчур меня оберегает. —Как-нибудь обойдусь, – выдавила я из себя улыбку. И поспешно поднявшись, прошла к туалету. Закрыв за собой дверь, я опустилась на крышку унитаза и вытащила конверт. Мне хотелось быстрее его изучить и избавиться от находки. Я вскрыла его, внутри оказался лист, вырванный из блокнота. На нем был нарисован прибор, рядом с которым был нарисована стрелка и слово «открыть».

Вещ-во уничтожается в огне.

Причем первые две буквы предложения были зачерканы ручкой и сверху стоял знак вопроса. «Ну и что мне это даст?» – спросила я себя. Возможно где-то на даче и есть подобный прибор, он надежно спрятан, а мы так торопились с Лариской что не смогли как следует все изучить.

Вероятно, из последней поездки, мой муж привез нечто запрещенное и очень важное. Но как же он прошел таможню? Скорей всего это был какой-то образец.

Первая реакция была смыть лист в унитазе. Но тут на обратной стороне листка, в самом внизу, я увидела крошечные буковки с адресом. Возможно, это был адрес редакции где выпускают продукцию, или же это был адрес фирмы где непосредственно работает мой муж, так как многие компании выпускают свою именную продукцию. Сложив лист, я спрятала его в лифчике и нажав кнопку слива выкатилась в коридор.

Толстяк безмятежно похрапывал, раскинув руки так, что сесть на свое место мне не предстояло возможности, благо третье сиденье пустовало, и я смогла приземлиться на нем.

Полет до места пересадки пролетел незаметно, мое волнение напрочь избавило меня от укачивания и чувства некомфортности в салоне. В трансферной зоне толстяк испарился, и я смогла вздохнуть спокойно.

«Как там Лариса?» – думала я усаживаясь в кресло боинга.