Магия запрещена, но это неточно

И о, чудо, они с супругом сопроводили мерионских девиц в Свидарг.

– Что, в самом деле хорошая сваха? – заинтересовался монарх.

– Лучшая в своем деле. Дядюшка с тремя внуками подпирает колонны, а она уже набирает клиентуру девиц. Конни, ты как относишься к свахам?

– Сугубо отрицательно.

– Значит, надо брать.

Родион стойко выдержал испытание. Он умеет красиво танцевать и использовать свое обаяние, как всегда был на высоте. Но ровно в последний раз, ибо поздним вечером доплелся до своих покоев и застыл безвольной куклой в уютном кресле.

Скотина рядом вылизывает уставшие ноги, а горничная Ям брезгливо отгоняет собаку от дорогих одежд.

– Микстуру для укрепления ног или для крепкого сна?

– Яду, – простонал Принц.

– Гм… наш алхимик, бездарь и тунеядец, Ваше Императорское Высочество. Яду не приготовил. Хотя, любая его склянка тоже яд, в лучшем случае он красиво ее подпишет. А сварит яд, – с готовностью приблизился помощник.

– Сколько можно? – тягостно вздохнул Милорд. – С каких пор длится ваша вражда и есть ли тому объяснение?

Родион спрашивал неосознанно и беззлобно.

Он прекрасно знал, что в Храме первородных Ям прислуживал боевому магу Вилетте Тирэлл и торжествовал над соперником всеми доступными способами. С тех пор вражда только усилилась.

– Он бездарь во всём, особенно в моде, – огрызался Ям. – В чем отправил Милорда на бал? Что за балахон? Где камзол? Неудивительно, что девицы оттоптали наши чудесные бархатные сапоги. Они путались в нашей накидке. И порвали.

– Благодаря тебе мне достались ужасные партнерши, – ворчал Принц.

– Сапоги и накидка на выброс. Кошмар, что вы сделали с нашей любимой рубашкой, Милорд?

– Что не так?

– Помада на рукавах. Это не отстирать.

– Голубчик, тебе бы больше пошло, переживать за меня, а не за тряпки. Я раздавлен и едва дышу.

– Разумеется, нет, Милорд, – спорил помощник. – Нашли проблему, всего лишь пара синяков и мозолей. А что мне делать с нашим любимым поясом? С него пропали пара самоцветов. Вы что, прижимали к себе девиц? Всего лишь танцы, а вы испортили весь гардероб.

Утром Родион Ялагр едва прикоснулся к завтраку, а в его гостиную уже рвался обеспокоенный родственник.

– Дядюшка мой, новобрачный, – уныло пропел Принц. – По лицу вижу, что новости отягощают твою душу, и ты готов лопнуть в моей гостиной.

– Родик, Джея беременна, и я не знаю, что делать.

Титтава Орс за этот срок сбросил оставшийся жирок и смотрелся подтянутым свежим пряником с грустными глазами.