Планета мужчин, или Пенсионерки на выданье

 – Подруга смешно сморщила нос.

– Вит, ты психиатр. Какие лекарства? Ты ж нервы лечила, психику на место ставила, пока тебя на пенсию не выперли. – Хмыкнула я и потерла начавшую ныть поясницу. Вот он возраст. С виду вроде все нормально, а все время что-то болит и ноет. – Блин, а как долго нам тут сидеть? И где обещанный врач?

– Давай я посмотрю. – Тут же оживилась Ежова.

– Вит, вот ради моего здоровья, даже не подходи ко мне с намереньем полечить. – Я даже дернулась и чуть с кресла не съехала на пол. – Ты ж увлекаешься так, что пациент у тебя с ног до головы в горчичниках уйти может.

– Между прочим, это было лишь один раз, и то, человеку была нужна шоковая терапия. – Витка обиделась.

– Вот, я и говорю, не нужна мне такая терапия. – Я отмахнулась от подруги, которая возмущенно на меня посмотрела.

Тут за дверью послышались шаги, сопровождаемые громким лязгом. Я тут же спустила ноги с подлокотника и села нормально. Мало ли какие у них тут нормы поведения в ходу.

– Сейчас опять лбом пол подметать будут.

Ответить я не успела, так как в комнату буквально вползли на карачках два человека. Один уже знакомый разговорчивый мужик в балахоне, а второй в невзрачных рыжих трикошках и синей подпоясанной рубахе. Он то и тащил волоком за собой нечто громыхающее, очень похожее на алюминиевое ведро с крышкой. Только крышка, находящаяся сбоку, почему-то не падала на пол, а послушно висела, где ей и полагается.

– Ваше Господство, – пропел уже знакомый товарищ.

– Инесса. – Представилась спокойно.

– Виталина. – Поддержала меня подруга. – А вы, может быть, тоже представитесь?

Мужик снова бухнулся мордой об пол. Ясно теперь, почему у них носы приплюснутые, если они ежечасно ими о твердую поверхность долбятся.

– Простите мое невежество, Госпожа Виталина. Меня зовут тар Лий. Я являюсь главой обсерватории, где вы сейчас и находитесь, освещая своим присутствием эти мрачные стены.

– Встаньте, Лий. – Я устало вздохнула. Все-таки разговаривать с кем-то, лежащим в такой позе, мягко говоря, странно и неудобно. Глава обсерватории тут же подскочил и вытянулся в струнку. – И товарища, который рядом с вами валяется, поднимите.

– Да, конечно. Всематерь Инесса. – Лий пнул мужика по ноге и тот тоже подскочил и вытянулся во весь свой немалый рост. – Это лекарь, которого вы просили.