Последняя Надежда

 – Наш поселок ближайший к военной части, а если для застройки выбрать участок перед деревней, так там и вовсе два шага.

– Мы что? Мы жилье для солдат будем строить? – Возмутился Артем.

– Не для солдат, а для семейных офицеров. У солдат казармы есть. Там еще одну планируют возводить. А вот семьи с детьми туда не засунешь. Да и школы там нет. Так что будут они жить в нашем поселке, а жилье будете строить вы. Точнее, мы. – Не сбавляя энтузиазма, оповестила нас она.

– И какие нам за это плюшки? – Прищурился я.

– А такие, что вкладываем мы сначала свои деньги, после чего министерство обороны принимает объекты, и оплачивает нам их, не взымая налогов, так как это государственная программа. – Радостно объявила она.

– То есть мы сможем обернуть деньги, да еще и сохранить налог? – Не поверил ей Толик.

– Сможем. Еще и прибыль получим. В полтора раза больше потраченного. Обеспечим народ работой. Школу надо расширить будет, но это летом. Новое здание под детский сад, а то дети туда скоро вмещаться не будут.

И так группы переполнены. А еще местные бабульки просят нормальную церковь, четверо разнорабочих не против мечети, а одна еврейка даже синагогу запросила. – Огорошила она нас.

Мы с парнями переглянулись.

– Дюх, – позвал брата Темка. – Ты ее из деревни не выпускай, она же своим энтузиазмом полстраны разворотит, а потом скажет, что так и было, и она все случайно сделала.

– Да ну вас. – Обиделась Лика. – Я как лучше хочу для всех, а вам все не нравится. – Она хитро на меня посмотрела.

 – А Наде понравится, если мы школу обновим. – Задумчиво произнесла она.

Я тут же весь подобрался. А ведь действительно, если я сделаю ее деревне лучше, то и Надя будет рада. Наверное. И оттает. Может быть.

В общем, следующие несколько часов мы обсуждали стратегию развития. Я даже забыл про то, что спать хочу и не ел почти сутки. Ох, завтра еще день поработаю, а потом в выходные отсыпаться буду двое суток.

– Где моя дочь? – Раздалось с порога моего кабинета ближе к вечеру, когда я, зевая, пытался вникнуть в написанное Ликой эссе по поводу нюансов сегодняшнего решения.

В дверном проеме стояла Надина мать, Паркунова Екатерина, и сверлила меня взглядом.

– Где-где. Дома, наверное. Там искать не пробовали? – Конфликтовать с этой женщиной не хотелось по понятным причинам.

– Она утром собрала вещи и ушла в неизвестном направлении. На работе ее нет, и в деревне ее никто не видел. Я сбегала к вам в дом, но и там никого нет.