Случай в Березкино

Мы поднялись на второй этаж, а Клава осталась внизу. Школа мне нравилась все больше и больше. Чистая, светлая… Смущал только мрамор под ногами, но ведь это может быть просто камень такой… стилизованный. Кабинет директора был просторным. Точнее, перед кабинетом была комната (для секретаря, видимо), а сам кабинет отличался деревянной отделкой стен и большущими окнами почти во всю стену.

– Секретаря тоже найти не могу, – смущенно признался мужчина, когда мы вошли в его вотчину. – Недостаток кадров, он такой.

Мужчины заняты на производстве, а женщины… тоже заняты. В санатории в основном… Присаживайтесь, – он указал мне на стул, а сам подошел к большому шкафу с папками, где вынул одну и сел на свое место.

– Так, вот теперь давайте документы, – он открыл папку и повернулся ко мне.

Я открыла сумку и вынула из нее небольшую папку, где хранила все свои документы и даже медкарту. Карапетов первым делом почему-то открыл именно ее. Изучал долго.

– Что-то не так? – Забеспокоилась я.

– Что вы, все так.

Я рад, что вы полностью здоровы, – улыбнулся он и принялся изучать все остальное. Задержался в паспорте на странице о семейном положении, в табель диплома даже не заглянул, просто номер переписал. Затем принялся вбивать данные в компьютер, стоявший у него на столе. Через пару минут принтер, ютившийся в нише шкафа, выплюнул несколько листочков. – Изучите, распишитесь там, где галочка, – велел он мне, протянув листочки.

Ну, я и принялась изучать.

– Зарплата… девяносто две тысячи триста сорок рублей? – Удивилась я.

За эти деньги что, убивать надо? Здесь явно была опечатка. – Вы уверены, что тут все верно указанно?

Фома Измаилович чуть нахмурился, пощелкал мышкой и кивнул.

– Да, это на время испытательного срока. Затем будет прибавка к зарплате в тридцать четыре тысячи двести рублей, – пояснил он мне.

– Э-э, – я зависла, переваривая новости. – Это… несколько больше, чем в других школах, – с трудом сформулировала я, пытаясь как-то скрыть свою растерянность.

– Понимаю, – кивнул Карапетов. – Но и вы поймите. Вам придется жить в строго охраняемой зоне и подписать документ о неразглашении. Вы ничего не сможете рассказать о вашей жизни здесь. Никому. С вашими близкими, не подписавшими такой же договор, вы сможете говорить только о вашем доме, или работе. Но не о жизни поселка Березкино и города Май.

– У меня нет родственников, – покачала я головой. – Подождите, здесь и город есть? – Прибило меня новостью.