Хранитель сфер

Все в шляпах и панамах, защищающих головы от палящего солнца, лёгкой удобной обуви для длительной прогулки, у некоторых по старинке фотоаппараты на шее, маленькие рюкзачки за плечами с торчащими бутылочками с водой. Мы с Никитой ничем не отличались, разве что без фотоаппаратов – у нас были смартфоны с изумительными встроенными камерами.

Испанский пограничный пункт все проходили быстро. Офицеры погранконтроля лениво провожали взглядом спешащих людей, на ходу показывающих обложки паспортов.

– Как демократичненько, – восхитился Никита, когда мы прошли мимо испанца, даже не взглянувшего на наши документы.

 – Интересно, британцы так же действуют?

Британцы действовали иначе. Они внимательно просматривали документы, вещи отправляли на сканер, поэтому люди продвигались медленно. Прошло часа полтора, прежде чем подошла наша очередь. Проверяющих было двое, Никите досталась молодая, но грузная женщина-пограничник, а мне хмурый мужчина.

– Цель вашей поездки? – тоном механического робота спросил у меня пограничник, сканируя паспорт с мультивизой.

– Туризм, – ответил я, доброжелательно улыбаясь.

– Когда планируете обратно?

– Сегодня.

– А что это такое? – неожиданно поинтересовался офицер, увидев на сканере небольшой круглый предмет.

– Это фонарик. Я бы хотел побывать в пещере Святого Михаила.

Офицер неожиданно улыбнулся.

– Фонарик не понадобится. В этой пещере хватает иллюминации. Там даже большой концертный зал.

– А я думал, что в пещере темно и сумрачно, – сказал я, забирая свой рюкзак.

– Хорошего отдыха, – пожелал мне пограничник. – Следующий.

Я оглянулся. Женщина-пограничник отдавала Никите его документы, а он что-то говорил ей с улыбкой. За последние годы ему пришлось хорошо выучить английский язык. Теперь он не являлся для него китайской грамотой. Никита подошёл, и мы отправились дальше прямиком через взлётно-посадочную полосу знаменитого Гибралтарского аэропорта. Именно она была своеобразным разделительным барьером между Испанией и Гибралтаром.

Я слышал, что некоторые туристы специально приезжают, чтобы взглянуть на самую экстремальную взлётно-посадочную полосу, к тому же пересекаемую автомобильной дорогой. Нам повезло, в это время не планировался вылет или посадка самолета, и полоса была свободна для перемещения пешеходов.

– Да уж, самое подходящее место для аэропорта, – заметил Никита.

– Я так понимаю, другого места на скалистом полуострове не нашлось, – вставил я.