Говорящая с призраками. Демониада

«Из-за тебя, – шептал тонкий предательский голосок. – Все это из-за тебя!»

Сколько раз, прокручивая в голове последние минуты, разговор с отцом, фары машин, слова песни, которая звучала по радио, Саша пытался понять одно: почему за мгновение до столкновения ему показалось, что на дороге стоят черные крылатые тени, а глаза их горят красным светом, как задние фары машин? Почему он никак не мог избавиться от ощущения, что там, на шоссе, был кто-то, кто все это подстроил специально? Кто-то, кому достаточно движения мысли, чтобы случилась катастрофа.

Потом он, конечно, убеждал себя, что это бред. Легко спихнуть все на тени, а не на себя.

Сон был спасением. Во сне Саша забывал о боли, муках совести и потере. Он ничего не видел, проваливался в черноту забвения, а потом долго не мог вылезти из нее. Подъем становился тяжелее с каждым днем.

Сегодня сон не шел, Саша метался в кровати, сильная боль обручем сжимала голову. В какой-то момент он понял, что в комнате есть кто-то еще. Возможно, это была галлюцинация из-за боли, но в лунном свете он увидел человека с большой головой, а потом, приглядевшись, понял, что у него большие, закрученные в спираль рога.

Человек включил ночник и сел на кровать к мальчику.

Саша хотел спросить, кто он, хотел позвать маму, но человек поднес палец к губам. Потом дотронулся до лба Саши.

– Болит? – сочувственно спросил он.

– Да, – хрипло ответил мальчик.

– Неудивительно, она уже большая. Размером с фасолину.

Незнакомец положил ладонь на лоб Саши.

– Я заберу боль, но только на сегодня. Мне очень жаль, мальчик.

Боль прошла, Саша с облегчением откинулся на подушки.

– Спасибо! – горячо прошептал он.

Инкуб встал. Нет, это не мальчик. Но кто-то тянет из него силы, а потом примется и за Наташу. А ее инкуб не отдаст. Ни за что. Горечь от того, что его девочка вскоре потеряет и брата, обожгла демона. Как странно, что он, живущий похотью, вдруг стал испытывать такие необычные чувства. Преданность, любовь, верность, желание помочь и защитить.

Но общение с девочкой – единственное, что вдруг стало придавать смысл жизни. Когда она танцевала для него, он чувствовал себя живым. Значимым. И это было очень приятное чувство. Но если это не дети, значит, это их мать.

Инкуб услышал хохот и обратился в ворона, вылетел в окно и увидел прекрасное видение: женщина, облаченная в лунный свет и блеск звезд, с волосами до пояса, снижалась над поляной перед домом.